Страницы сайта поэта Иосифа Бродского (1940-1996)

Не ожидал когда-нибудь увидеть этот снимок на странице сайта.
Перед нами адресат любовной лирики Бродского, загадочная М.Б., с его сыном на руках.
Голос, кожа, черты лица, фигура, психология поступков и их словесное оформление, тайны, загадки - все кидало Бродского в дрожь.
Конечно, поразительно, что интимная жизнь двух людей может дать высочайшее преломление в русской поэзии.



Иосиф Бродский


* * *

Я обнял эти плечи и взглянул
на то, что оказалось за спиною,
и увидал, что выдвинутый стул
сливался с освещенною стеною.
Был в лампочке повышенный накал,
невыгодный для мебели истертой,
и потому диван в углу сверкал
коричневою кожей, словно желтой.
Стол пустовал, поблескивал паркет,
темнела печка, в раме запыленной
застыл пейзаж, и лишь один буфет
казался мне тогда одушевленным.
Но мотылек по комнате кружил,
и он мой взгляд с недвижимости сдвинул.
И если призрак здесь когда-то жил,
то он покинул этот дом. Покинул.

1962


"Русская мысль" - №3986 - 1-7 июля 1993 - страница 5

Иосиф Бродский в Польше

В своей речи 22 июня в Катовице, в Силезском университете, по поводу присвоения ему докторской степени "honoris causa" Иосиф Бродский сказал, что Польша для него - скорее состоние ума или сердца, чем реальное государство.

И все же та Польша, что собиралась в битком набитых залах на авторских вечерах великого русского поэта, несла для подписи его книги, а среди них - и изданные неподцензурными издательствами в былые годы, та Польша, завороженно следившая за его странным для непривычного уха чтением стихов, понимая и не вполне понимая его парадоксы, - это было, конечно, не государство, но вполне реальное сообщество людей со своей внутренней связью, определенной далекой и близкой историей, традициями своего определенного отношения к вызовам действительности, своей литературой и специфическим типом воображения.

В этом воображении уже многие годы важное место занимает петербургский поэт Бродский. Разве это случайно, что именно здесь его стихотворения переводились и расходились раньше, чем где бы то ни было в мире, что п ольские поэты и переводчики тянулись к нему, провозили тайком его произведения через границы государств и, перевод на польский, издавали в обход цензуры?

В своей речи Бродский говорил о польском инстинкте сопротивления, о способности к сопротивлению, об умении сопротивляться. Не этим ли, между прочим, объяснялось с самого начала увлечение Бродским в кругу польских писателей? Не тем ли, что они сразу ощутили глубокое духовное сродство: тот же инстинкт, та же способность и умение, к тому же воплощенные в небывалую, неверотную, бескорыстную красоту? И не по ней ли мы безотчетно тоскуем: по бескорыстной красоте, вырастающей из сопротивления злу, уродству?

Потому-то Бродский, так воспринимаемый поляками, так любимый и чтимый ими, был вправе дать слушателям в дальнейшей части своей катовицкой речи предостережения и советы:

Теперь вам предстоит совсем другая игра. Теперь у вас уже нет удобного внешнего врага или олицетворенного зла, столь же удобного, в виде государства. Теперь вы должны встать лицом к лицу с врагом в вас самих. <...> Как вы, веротно, знаете, источник всяческого зла в человеке - его своекорыстие, которое неизбежно живет за счет других. <...> Противление своекорыстию, неустанная забота о других нуждаются в выработке иного инстинкта, чем сопротивление полицейскому государству. <...>

Единственное, которое приходит мне в голову, противодие себялюбию - хороший вкус и сомнение в себе самом. Эти черты не числятся в перечне прав индустриальных демократий; их плоды можно пожинать лишь с произведений искусства, особенно - литературы. В то время как негативный потенциал человека проявляется в преступлении, его потенциал добра находит выражение в искусстве - сфере, в принципе лишенной утилитаризма. <...> Если вы заботитесь о сохранении демократии, которая неизбежно ведет к определенной мере социального неравенства, предлагаю вам отвести литературе первое место в вашей республике.

Если такая программа кому-то покажется наивной, не будем спорить: ведь это наивность мудреца и поэта, побеждающая изощренное зло. Примем с должной благодарностью дар поэта.

В Катовице Бродский говорил по-английски, считая, что поляки болезненно реагируют на русскую речь. Потом удалось его убедить, что это не так. Аллергию может вызывать язык политического диктата и тупой доктрины, а не язык великолепнейшей поэзии, созданной человеком. На встречах в Варшаве Бродский говорил уже по-русски, что, быть может, мешало ему самому скрывать волнение, но нам помогало принять его и не сдерживать своего.

ВИКТОР ВОРОШИЛЬСКИЙ, Варшава, перевод с польского Л.К.

"Русская мысль" - №3986 - 1-7 июля 1993 - страница 5 Перепечатка: Im Werden Verlag, Augsburg, 2000



Источник: imwerden.de/pdf/brodsky_w_polsche_1993.pdf


Иосиф Александрович Бродский «Мортон-Стрит 44, 12 февраля 1989 года»

О книге/статье: часть фильма, полностью показывающая разговор с Бродским в 1989 году. Фильм был снят петербугским телевидением в 1989 и в 1996 годах. В первой части фильма, которую мы вам предлагаем, Бродский у себя дома показывает свой кабинет и рассказывает о том, как его выдворяли из СССР. Во второй части, которая не вошла в этот файл, друзья Бродского в СПб вспоминают и рассуждают...

Фильм был показан по петербургскому ТВ в 1996 году. Качество записи объясняется плохим качеством приёма канала в Москве, однако качество вполне нормальное.

Размер файла 102 мегабайта.

Публикацию подготовил Сергей Л.

Формат файла: avi Источник: http://imwerden.de/cat/modules.php?name=books&pa=showbook&pid=1515


В начало

                       Ранее                          

Далее



Карта сайта: 1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15.

Почта