Страницы сайта поэта Иосифа Бродского (1940-1996)


Иосиф Бродский. Прецедура награждения Нобелевской премией.

Компьютерная графика - А.Н.Кривомазов, декабрь 2011 г.

Из письма луны М.:
Там, у кровати Лю, пригласила Л.Ф. к себе в гости, сказала, есть дело. Она
пришла. Чай. А где малек? Мы трое сбросили своих сейчас к Л. - она педиатр
от Бога! Рассказала обо всем, что увидела. И как отреагировала К. Это и есть
твое дело ко мне? Да нет, морщусь, я же не доносчица, мы сами об этом узнали
только что, уже после нашей с тобой встречи у Лю. Хорошо, а что за дело
ко мне? Полагаю, нам нужно организовать сбор проблем и идей о том, как их
можно решать - и сделать на ТВ такую регулярную передачу: чтобы луны
интенсивнее упражняли мозги... Это все? Нет, есть первая актуальная проблема,
которую хочу вынести на такое обсуждение: как лунам просмотреть нашу
обширную кинотеку и все передачи ТВ, чтобы потом осталось ясное представление
обо всем увиденном? Да, это важная проблема, согласилась Л.Ф. Поможет! Ц. М.Библиотека афоризмов

Редъярд Киплинг


Афоризмы


Женская догадка обладает большей точностью, чем мужская уверенность.

Самая глупая женщина может сладить с умным мужчиной, но с дураком сладит лишь самая умная.

Когда детским губам довелось испить полной мерой горькую чашу Злобы, Подозрительности, Отчаяния, всей на свете Любви не хватит, чтобы однажды изведанное стерлось бесследно, даже если она ненадолго вернет свет померкшим глазам и туда, где было Неверие, заронит зерна Веры.

Любовь не знает каст.


И вдвоем по тропе, навстречу судьбе,
Не гадая, в ад или в рай,
Так и надо идти, не страшась пути,
Хоть на край земли, хоть за край!Гиены и трусов, и храбрецов
Жуют без лишних затей,
Но они не пятнают имен мертвецов:
Это — дело людей.
Убивай для себя и семьи своей:
если голоден, то — убей!
Но не смей убивать, чтобы злобу унять, и —
Не смей убивать людей !


 Источник: http://www.aphorism-portal.info/20_century/britain4/page/3/


 


    Иосиф Бродский
	
	       
          Северная почта


                            М.Б.

     Я, кажется, пою одной тебе.
     Скорее тут нужда, чем скопидомство.
     Хотя сейчас и ты к моей судьбе
     не меньше глуховата, чем потомство.
     Тебя здесь нет: сострив из-под полы,
     не вызвать даже в стульях интереса,
     и мудрено дождаться похвалы
     от спящего заснеженного леса.

     Вот оттого мой голос глуховат,
     лишенный драгоценного залога,
     что я не угожу (не виноват)
     совсем в специалисты монолога.
     И все ж он громче шелеста страниц,
     хотя бы и стремительней старея.
     Но, прежде зимовавший у синиц,
     теперь он занимает у Борея.

     Не есть ли это взлет? Не обессудь
     за то, что в этой подлинной пустыне,
     по плоскости прокладывая путь,
     я пользуюсь альтиметром гордыни.
     Но впрямь, не различая впереди
     конца и обнаруживши в бокале
     лишь зеркальце свое, того гляди
     отыщешь горизонт по вертикали.

     Вот так, как медоносная пчела,
     жужжащая меж сосен безутешно,
     о если бы ирония могла
     со временем соперничать успешно,
     чего бы я ни дал календарю,
     чтоб он не осыпался сиротливо,
     приклеивая даже к январю
     опавшие листочки кропотливо.

     Но мастер полиграфии во мне,
     особенно бушующий зимою,
     хоронится по собственной вине
     под снежной скрупулезной бахромою.
     И бедная ирония в азарт
     впадает, перемешиваясь с риском.
     И выступает глуховатый бард
     и борется с почтовым василиском.

     Прости. Я запускаю петуха.
     Но это кукареку в стратосфере,
     подальше от публичного греха,
     не вынудит меня, по крайней мере,
     остановиться с каменным лицом,
     как Ахиллес, заполучивший в пятку
     стрелу хулы с тупым ее концом,
     и пользовать себя сырым яйцом,
     чтобы сорвать аплодисменты всмятку.

     Так ходики, оставив в стороне
     от жизни два кошачьих изумруда,
     молчат. Но если память обо мне
     отчасти убедительнее чуда,
     прости того, кто, будучи ленив,
     в пророчествах воспользовался штампом,
     хотя бы эдак век свой удлинив
     пульсирующим, тикающим ямбом.

     Снег, сталкиваясь с крышей, вопреки
     природе, принимает форму крыши.
     Но рифма, что на краешке строки,
     взбирается к предшественнице выше.
     И голос мой, на тысячной версте
     столкнувшийся с твоим непостоянством,
     весьма приобретает в глухоте,
     по форме совпадающей с пространством.

     Здесь, в северной деревне, где дышу
     тобой, где увеличивает плечи
     мне тень, я возбуждение гашу,
     но прежде парафиновые свечи,
     чтоб тенью не был сон обременен,
     гашу, предоставляя им в горячке
     белеть во тьме, как новый Парфенон
     в периоды бессоницы и спячки.

             декабрь 1964

     *  В сб. ФВ под заглавием "Зимняя почта" и с пронумерованными строфами.
- С.В.





Встреча на прогулке.

Компьютерная графика - А.Н.Кривомазов, декабрь 2011 г.




Биография Бродского, часть 1                 Биография Бродского, часть 2       
Биография Бродского, часть 3


Карта сайта: 1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15.

Почта