Страницы сайта поэта Иосифа Бродского (1940-1996)


Иосиф Бродский

Компьютерная графика - А.Н.Кривомазов, февраль 2012 г.


Из письма луны Ани:
Поразительно, но в трех обширных картотеках я не нашла лица, которое бы укололо меня: это я!!!
Послала запрос ХХХ, но она попросила прислать сценарий. Послала. В ответ - 10 снимков. Все пули
легли в десятку! Ах, как же я ей благодарна! Все десятеро будут сниматься на равных - и лишь
ближе к финишу вперед вырвется главная героиня. Мне безумно интересно довести замысел до конца.
Спасибо, дорогой! Мне все помогают - думаю, благодаря твоей помощи... Думай обо мне!!! Ц. Аня

 

    Иосиф Бродский
	
	       
        В Паланге


     Коньяк в графине - цвета янтаря,
     что, в общем, для Литвы симптоматично.
     Коньяк вас превращает в бунтаря.
     Что не практично. Да, но романтично.
     Он сильно обрубает якоря
     всему, что неподвижно и статично.

     Конец сезона. Столики вверх дном.
     Ликуют белки, шишками насытясь.
     Храпит в буфете русский агроном,
     как свыкшийся с распутицею витязь.
     Фонтан журчит, и где-то за окном
     милуются Юрате и Каститис.

     Пустые пляжи чайками живут.
     На солнце сохнут пестрые кабины.
     За дюнами транзисторы ревут
     и кашляют курляндские камины.
     Каштаны в лужах сморщенных плывут
     почти как гальванические мины.

     К чему вся метрополия глуха,
     то в дюжине провинций переняли.
     Поет апостол рачьего стиха
     в своем невразумительном журнале.
     И слепок первородного греха
     свой образ тиражирует в канале.

     Страна, эпоха - плюнь и разотри!
     На волнах пляшет пограничный катер.
     Когда часы показывают "три",
     слышны, хоть заплыви за дебаркадер,
     колокола костела. А внутри
     на муки Сына смотрит Богоматерь.

     И если жить той жизнью, где пути
     действительно расходятся, где фланги,
     бесстыдно обнажаясь до кости,
     заводят разговор о бумеранге,
     то в мире места лучше не найти
     осенней, всеми брошенной Паланги.

     Ни русских, ни евреев. Через весь
     огромный пляж двухлетний археолог,
     ушедший в свою собственную спесь,
     бредет, зажав фаянсовый осколок.
     И если сердце разорвется здесь,
     то по-литовски писанный некролог

     не превзойдет наклейки с коробка,
     где брякают оставшиеся спички.
     И солнце, наподобье колобка,
     зайдет, на удивление синичке
     на миг за кучевые облака
     для траура, а может, по привычке.

     Лишь море будет рокотать, скорбя
     безлично - как бывает у артистов.
     Паланга будет, кашляя, сопя,
     прислушиваться к ветру, что неистов,
     и молча пропускать через себя
     республиканских велосипедистов.

             осень 1967






Кадр из фильма "Танцовщица".

Компьютерная графика - А.Н.Кривомазов, февраль 2012 г.




Биография Бродского, часть 1    Биография Бродского, часть 2 
Биография Бродского, часть 3


Карта сайта: 1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15.

Почта