Страницы сайта поэта Иосифа Бродского (1940-1996)


Семен Липкин.

Компьютерная графика - А.Н.Кривомазов, Москва, май 2009 г.





Семен ЛИПКИН
ИЗ ПОСЛЕДНИХ СТИХОТВОРЕНИЙ

КВАДРИГА

Среди шутов, среди шутих, 

Разбойных, даровитых, пресных, 

Нас было четверо иных, 

Нас было четверо безвестных. 

Один, слагатель дивных строк, 

На точной рифме был помешан. 

Он как ребенок был жесток, 

Он как ребенок был безгрешен.

Он, искалеченный войной, 

Вернулся в дом сырой, трухлявый, 

Расстался с прелестью-женой, 

В другой обрел он разум здравый, 

И только вместе с сединой 

Его коснулся ангел славы.


Второй, художник и поэт,

В стихах и в красках был южанин,

Но понимал он тень и свет,

Как самородок-палешанин.

Был долго в лагерях второй.

Вернулся — весел, шумен, ярок.

Жизнь для него была игрой

И рукописью без помарок.

Был не по правилам красив,

Чужой сочувствовал удаче,

И умер, славы не вкусив,

Отдав искусству жизнь без сдачи,

И только дружеский архив 

Хранит накал его горячий.


А третья нам была сестрой. 

Дочь пошехонского священства, 

Объединяя страсть и строй, 

Она искала совершенства. 

Муж-юноша погиб в тюрьме. 

Дитя свое сама растила. 

За робостью в ее уме 

Упрямая таилась сила. 

Как будто на похоронах, 

Шла по дороге безымянной, 

И в то же время был размах, 

Воспетый Осипом и Анной. 

На кладбище Немецком — прах, 

Душа — в юдоли богоданной.


А мне, четвертому, — ломать 

Девятый суждено десяток, 

Осталось близких вспоминать, 

Благословляя дней остаток. 

Мой путь, извилист и тяжел, 

То сонно двигался, то грозно. 

Я счастлив, что тебя нашел, 

Мне горько, что нашел я поздно. 

Случается, что снится мне 

Двор детских лет, грехопаденье, 

Иль окруженье на войне, 

Иль матери нравоученье, 

А ты явилась — так во сне 

Является стихотворенье.

1995
ЧИТАЯ БОДЛЕРА

Лязгает поздняя осень, знобит все живое, 

Падает влага со снегом с небес городских, 

Холод настиг пребывающих в вечном покое, 

В грязных и нищих квартирах все больше больных.


Кот на окне хочет позы удобной и прочной, 

Телом худым и паршивым прижался к стеклу. 

Чья-то душа заблудилась в трубе водосточной, —

 То не моя ли, так близко, на этом углу?


Нет между жизнью и смертью черты пограничной, 

Разницы нет между ночью и призраком дня. 

Знаю, что в это мгновенье на койке больничной 

Брат мой глазами печальными ищет меня.

1995
ОСНОВА

Какое счастье, если за основу

Судьбы возьмешь концлагерь или гетто!

Закат. Замолк черкизовский базар.

Ты на скамье сидишь, а за спиною

Хрущевский кооперативный дом,

Где ты с женою бедно обитаешь

В двухкомнатной квартирке. Под скамьей

Устроилась собака. Мальчуган,

Лет, может быть, двенадцати, весьма

Серьезный и опрятный, нежно

Щекочет прутиком собаку. Смотрит

С огромным уваженьем, с любопытством

Его ровесница на это действо.

Мила, но некрасива, голонога.

Собака вылезает на песок.

Она коричнева, а ноги желты.


Тут возникает новое лицо,

И тоже лет двенадцати. Прелестна

Какой-то ранней прелестью восточной,

И это знает. Не сказав ни слова

Приятелям и завладев собакой,

Ей что-то шепчет. Гладит. Голоногой

Соперница опасна. Раздается

С раскрытого окна на этаже

Четвертом полупьяный, но беззлобный

Привет: «Жиды, пора вам в Израиль».


По матери и по отцу ты русский,

Но здесь живет и отчим твой Гантмахер,

Он председатель кооператива.

Отец расстрелян, мать в мордовской ссылке

С Гантмахером сошлась, таким же ссыльным.

И ты потом с женой своей сошелся,

Когда ее привез в Москву из Лодзи

Спаситель-партизан, а ты досрочно

Из лагеря вернулся в институт

На третий курс, —  она была на первом.

Две пенсии, на жизнь почти хватает, 

Библиотека рядом, счастье рядом, 

Поскольку за основу ты берешь 

Концлагерь или гетто.

1995
НИЧТОЖЕСТВО

Братоубийца первый был 

Эдемской глины внуком. Неужели, 

Кусочек яблока отведав, Ева 

Кровь Каина бездумно отравила 

Двуногою жестокостью? У зверя 

Отсутствует жестокость: пропитанья 

Он ищет и того съедает, кто 

Слабей, к нему не чувствуя вражды. 

Напоминаю: Каин, как велит 

Пятидесятницы обычай, 

Часть урожая Богу преподнес, 

Но Бог, всеведаюший Бог, 

Злодея дар не принял. Каин 

Почувствовал в отвергнутом дареньи 

Свою бездарность — и ожесточился:

Он был ничтожен, и жестокость эта 

Есть следствие ничтожества его. 

А тот, кто любит Бога, не ничтожен, 

Не просит он, когда приносит. 

Кусочек яблока отведав, Ева 

Потомка праха райского бездумно 

Жестокостью наполнила. Мы злы, 

Мы хуже, мы глупее зверя. 

Прости и помоги нам, Боже.

1996
БРАТ

Куда звонить? Конечно, в сад, 

Где те же яблоки висят,

Что в тот злосчастный день висели, 

Но там и телефона нет, 

И никакого звона нет, 

И нет печали и веселий.


А он спокойный, не больной,

Оттуда говорит со мной.

Он мальчик. Солнцем жизнь согрета,

А мы бедны, мы босиком

Идем на ближний пляж вдвоем.

Звенит трамвай, пылает лето.

1996
КРУЖЕНИЕ

Ночь негаданно надвинулась, 

Горсти вышвырнув монет, 

Наземь небо опрокинулось 

Тяжкой роскошью планет.


В этом мнимом разрушении 

Галактических светил 

Я увидел разрешение 

Противостоящих сил.


День в потемках не заблудится, 

Приближается мета, 

Все, о чем мечтали, сбудется, 

Но разумна ли мечта?


Не окажется ль блаженнее 

Жизнь в размахе, на износ, 

В неприкаянном кружении 

Жалких пиршеств, тайных слез?

1997     * * *

Там, где смыкаются забвенье
И торный прах людских дорог,
Обыденный, как вдохновенье,
Страдал и говорил пророк.

Он не являл великолепья
Отверженного иль жреца,
Ни язв, ни струпьев, ни отрепья,
А просто сердце мудреца.

Он многим стал бы ненавистен,
Когда б умели различать
Прямую мощь избитых истин
И кривды круглую печать.

Но попросту не замечали
Среди всемирной суеты
Его настойчивой печали
И сумасшедшей правоты.


Опубликовано в журнале «АНТОЛОГИЯ МИРОВОЙ ПОЭЗИИ», 2001, № 5, с. 79-80.







Другие времена.

Компьютерная графика - А.Н.Кривомазов, Москва, май 2009 г.




Биография Бродского, часть 1         Биография Бродского, часть 2        
Биография Бродского, часть 3


Карта сайта: 1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15.

Почта