Страницы сайта поэта Иосифа Бродского (1940-1996)

Примерно через день вечером раздается телефонный звонок - Галина Славская из Мэрилэнда.
Конечно, мне очень повезло на такого квалифицированного и доброжелательного читателя этого сайта.
Мы говорим долго, обстоятельно. Много шутим, смеемся. Несколько раз разговоры длились час-полтора.
Как правило, получив общий заслуженный упрек в гигантомании,
слышу конкретные пожелания убрать-добавить-заменить. Почти всегда все принимаю и правлю.
Сегодня (19.09.2007 22:22) вдруг заговорили о его непростой и насыщенной мужской жизни
и сошлись в оценках, что лучшие воспоминания об их отношениях написала Аннелиза Аллева (есть на этом сайте).
Галина сказала, что побывала на ее сайте и видела ее фотографию. Мне стало интересно -
и я тоже моментально нашел сайт и фотографию. Более того, тут же бодро перевел впервые в жизни
с итальянского, что она родилась в Риме 26 сентября 1956 года. Посмеялись.
И вдруг Галина говорит, что сейчас рассматривает его фотографию в Лукке.
Да, говорю, сидят вдвоем в кафе на улице (см. 326 и 47).
Нет, слышу ответ, стоит один у стены в узком проулке и широко улыбается.
Предлагаю отсканировать снимок и прислать файл мне.
- А разве у Вас нет этой книги? - Да откуда же я знаю, что Вы там держите в руках?
- "Труды и дни". - И какая же страница? - Примерно 10-я. - Отлично, после разговора возьму книгу и посмотрю.
Итак, Галя, привет и очередная благодарность - с этим снимком лично мне думать о Лукке стало веселее.






Валентина Полухина. Спасительное присутствие

Интервью с Шеймусом Хини

Кто из русских поэтов оказал на вас значительное влияние?

— Думаю, что когда в семидесятые годы я наткнулся сначала на записки о Мандельштаме его вдовы. Надежды, а потом уже и непосредственно на его собственную прозу, я почувствовал его поэтику как мощное ускорение. То есть для моей собственной писательской деятельности характер и поэтическая практика Мандельштама — это самое глубокое.

Понятно, что вы читали и других русских поэтов в переводах. В чем вы видите принципиальное различие между русской и ирландской поэзией?

— Не берусь обобщать. Мне кажется, что на английском поэт вроде Джерарда Мэнли Хопкинса1 напоминает комбинацию фонетики и мысли, которая, как мне представляется, имеет место у Мандельштама и, я думаю, наверное, у Бродского. Читая стихотворение Бродского “Reveille”, с языком насыщенно многозначным, суггес-

__________

1 Джерард Мэнли Хопкинс (1844—1889) — английский поэт. Сам Бродский называл его поэтическую дикцию “усложненной” и сравнивал с цветаевской. Его (и еще Харта Крейна) он упоминал, говоря с американскими студентами о поэтике М.Цветаевой.

265

тивным, где смешаны мысль, звучание и языковая игра, я ассоциирую это из пишущих на английском с Хопкинсом, а из более современных поэтов, из Ирландии, например, с Полом Малдуном, или с женщиной по имени Мэб МакКвикиан, у которых работает чистая языковая изобретательность, джойсианская энергия. Джойс из всех ирландских писателей, мне кажется, должен быть ближе к этому... Я не знаю Мандельштама по-русски, но, скажем, его “Разговор о Данте” и другое эссе, о филологии, и как в его воображении связываются язык и гуманизм, — я думаю, что в этом есть что-то джойсовское. Ведь вся драма цивилизации скрыта в языке, весь исторический процесс материализуется в расширении языка, в языковых изобретениях.

Отмечаете ли вы что-то от Беккета в стихах Бродского? Ведь он, как вы, наверное, знаете, обожал Беккета.

— Пожалуй, парадоксальное сочетание убежденности в абсолютной пустоте с радостью выдумщика свойственно им обоим. Слово “nil” — так Иосиф это переводил — просто исчезновение, состояние пустоты, и в то же время, как у Беккета, необходимый долг, схватка, как у Сезанна, только с пустотой. Сезанн бросал вызов тверди горы, на Беккета и Бродского надвигается пустота, но они продолжают писать свой холст.

Вы не находите парадоксальным то, что Бродский двигался одновременно в противоположных направлениях: минималистская эстетика Беккета и риторическое богатство метафоры и кончетти английской метафизической поэтики XVII века, которые Бродский пытался пересадить на русскую почву? И то и другое обнаруживается в его стихах.

— Бродский несомненный “прибавитель”, а Беккет “отниматель”. Одно из последних и, я думаю, лучших его стихотворений для английского читателя — “Reveille”. Замечательное стихотворение. Оно показывает, что Бродский стал еще риторичнее в конце. Беккет под конец становится тотальным минималистом, а Иосиф сохраняет некую пышность. Взгляд на действительность и у Иосифа, и у Беккета абсолютно отчаянный, но стилистические средства совершенно разные. При всем при том, с другой стороны, молодой Беккет, Беккет-прозаик, был немножко сходен с Иосифом в том, что принципом создания прозы в “Малоне умирает” и в

266

трилогии было извлечение максимального числа возможных вариантов из каждого высказывания. Я думаю, это в духе Иосифа.

Усвоил ли он что-нибудь как поэт из ваших взглядов, отношений или технических приемов?

— Не думаю.

Возможно, просто из-за невежества в области современной англоязычной поэзии у меня сложилось впечатление, что у вас больше общего с Бродским, чем с любым другим западным поэтом. У вас обоих есть тенденция установить планку невероятно высоко для себя и для читателя: вы оба отказываетесь ставить свою Музу на службу какой бы то ни было высокой цели, противостоите политическому давлению извне; вы оба любите Йейтса, Беккета и Мандельштама. Как я подозреваю, вы разделяете и некие метафизические, интеллектуальные и этические убеждения. То, что я сейчас сказала, вы опровергнете или поправите?

— Я просто не знаю ответа на этот вопрос. Во всяком случае, в художественных терминах. Самому мне сдается, что чувство родства, которое я испытываю по отношению к Бродскому, связано с моим восхищением перед ним. Поэзия — это одно дело, но если мы говорим о художественном влияния, я думаю, его нет вовсе. Но есть, как вы говорите, чувство необходимости сверить высоту взятого уровня, чувство спасительного присутствия человека столь стоического и тонкого, чувствительного и эрудированного. Знаете, есть всего два или три человека, изменивших мир, или изменявших, как Иосиф любил говорить, “точку отсчета” (Иосиф любил это выражение: “точка отсчета” — “plane of regard” — он, я полагаю, позаимствовал его у Фроста). Что Иосиф делал, так это поддерживал эту “точку отсчета” для себя и создавал возможность этой точки отсчета для других. У него можно было черпать мужество, чтобы придерживаться взятого уровня. Вот здесь и кроется некая связь между нами.

Обсуждали ли вы, встречаясь, стихи друг друга?

— Мы читали друг другу стихи, но не обсуждали их. Дело сводилось к “хорошо-плохо” по поводу отдельных строчек тут и там, но обсуждений не было. Просто быстрый обмен мнениями и, можно сказать, проверка отдельных строк. Например, в стихотворении, которое я вчера читал, о путешествии в финском поезде... Кстати, вы там тоже были?

267

Да, я была и на вашем чтении, и на чтении Иосифа. Как раз тогда Бродский пообещал, что напишет о вас эссе, чего он не успел сделать. Он жаловался на то, что завален издательскими просьбами, и я спросила его, получил ли он недавно мою. И он сказал: “Да, и это я сделаю с удовольствием”. Все посмотрели на меня с любопытством, что это такое я попросила, что он согласился, да еще с удовольствием. И Иосиф сказал — “Валентина попросила меня написать вступление к стихам Шеймуса Хини, которые будут напечатаны в русских переводах в журнале “Звезда”. После чего он экспромтом прочитал перед аудиторией русских писателей и критиков, приглашенных в Хельсинки на конференцию по постмодернизму, лекцию о вашей поэтике. Увы, у меня не было при себе магнитофона.

Да, а в поезде он показал мне пару своих стихотворений и рукопись эссе о Стивене Спендере, которое мне показалось замечательным, а я показал ему несколько стихотворений, предназначенных для моей новой книги.

Вы различаете стихи Иосифа, переведенные другими англо-американскими поэтами, и его стихи, написанные по-английски?

— Ну, в конечном счете, я бы сказал “нет”. Я уже упомянул “Reveille” — в ритмике, образности, дикции этого стихотворения есть глубокий запас внутренней прочности, что намного важнее, чем внешняя гладкость. А разницу, о которой вы спросили, можно увидеть даже в его раннем сборнике на английском “Часть речи”. Слышишь разные интонации, чувствуешь руки разных переводчиков, что, по-моему, неплохо.

Как вы думаете, почему Джон Бейли сказал, что стихи Бродского, написанные по-английски или переведенные им самим, вовсе не поэзия? И вы, наверное, читали рецензии Крэйга Рэйна на два последних сборника Бродского, в которых он назвал Бродского “посредственностью мирового класса”?

— Об этом я говорить не хочу.

Вы, кажется, познакомились с Иосифом в 1972 году. Что вы помните о первой встрече, кроме того, что на нем была красная рубашка?

— Это был фестиваль “Поэтический Интернационал”. По-моему, мы всего-навсего обменялись рукопожатием, и я за ним наблюдал. Он мне потом говорил, что ему запомнилось, как я вроде уклонялся от разговоров о положении в Белфасте. Это был 72-й год. Иосиф

268

был агрессивен и великолепен. Что-то такое я сказал, не придавая этому большого значения, как бы не то интересное, чего от меня ожидали. По словам Иосифа, я сказал что-то вроде: “Ну я из Белфаста, и что с того?” Он-то был в центре внимания, поскольку он был легендой. Меня волновал просто звук его голоса, звучание русских слов.

Не показалась ли вам его манера чтения очень необычной, странной?

— Нет, странной не показалась. Она меня увлекла. Конечно, это было непохоже на английские дела. Но распев — это часть моей первоначальной сельской культуры. Там старики, когда начинают что-то декламировать, то, как разойдутся, переходят на необычный выговор, переключают, так сказать, скорость. Так что принадлежа, если угодно, к данной субкультуре, я был подготовлен. Да и всякий, у кого есть хоть какое-то чувство формального высказывания, знает, что это один из возможных уровней.

Что вы можете рассказать о последовавших за первой встречах?

— Потом — должно быть, вскоре потом, в 1973 году, — мы встретились в Массачусетсе, на каком-то мероприятии “Поэтического Интернационала” в Амхерсте. Вот в тот раз мы уже поговорили. К тому времени он был в эпицентре собственного мифа. Американцы для него уже создали этот миф. Но дело было в его чтении... Ты чувствовал, что находишься в одном помещении с человеком, который живет поэзией. Никакой американо-британской сдержанности, но страсть, страсть, смешанная с иронией. Только так. И там возникло ощущение намечающейся дружбы, мгновенное ощущение, что мы небезынтересны друг другу. А потом по стечению обстоятельств я начал встречать Иосифа. У меня были знакомые в Анн Арборе, и я два или три раза ездил туда в семидесятые годы и каждый раз встречался с ним.

А когда и при каких обстоятельствах вы встретились в последний раз?

— В январе 96-го года я поехал в Нью-Йорк на премьеру пьесы моего друга, драматурга Брайана Фрила. Роджер Страус1 пригласил меня на ланч. Я надеялся, что придет и Иосиф, и он пришел, подсел, пару раз

_____________

1 Общий издатель Бродского и Хини в Нью-Йорке.

269

выходил покурить. Говорил, что мерзнет в Нью-Йорке. У него была легкая одышка. Какие-то он вроде бы мне давал советы... Был незначительный общий застольный разговор. Он написал стихотворение на день рождения Роджера и прочитал его. Мы поговорили о том, что делать после получения Нобелевской. Я сказал, что подумываю побыть в Гарварде. По-моему, дело происходило в пятницу. Мы говорили, что я, может быть, приеду к нему в Бруклин в понедельник. Ему очень хотелось, чтобы я приехал, потому что я еще никогда не был в его бруклинском доме. Я был с женой, и мы оба согласились, что приедем. Тем временем началась сильная метель, один из самых больших снегопадов в Нью-Йорке за десятилетия. Все остановилось. Мы запаниковали, удастся ли улететь домой, в Ирландию. Вот так я видел его в последний раз. Было четкое ощущение надвигающейся беды. Все вокруг знали, что это на него надвигается.

Лондон 1 февраля 1997

Перевод Л. Лосева

Содержание

П.Вайль. Рифма Бродского .................. 5

О Пушкине и его эпохе

Л.Лосев. Вступление ...................... 13

Дж.Райс. О переписке с И.Бродским.......... 19

И.Бродский. Письмо Джеймсу Райсу. ......... 21

П.Вайль. Вслед за Пушкиным ............... 24

И.Бродский. Предисловие к “Антологии русской поэзии XIX века”. .... 29

И.Бродский. Из заметок о поэтах Х1Х”века .....36

Поэт на кафедре

Л.Лосев. Вступление ...................... 43

Дж-Коппер. Амхерст колледж: 1974—1975 ...... 51

В.Полухина. Мичиганский университет: 1980 ... 55

А.Батчан. Колумбийский университет: 1982. ....61

П.Вайль. Стихи рядом с молоком и аспирином. ...67

В Англии

В.Полухина. Вступление ................... 83

Д. Абаева-Майерс. “Мы гуляли с ним по небесам...” Беседа с Исайей Берлином. ... 90

В.Полухина. Интервью с Джоном Ле Карре. ... 111

В.Полухина. Интервью с Джеральдом Смитом. . 121

В.Полухина. Интервью с Дэниэлом Уэйсбортом 125

Мемуары и заметки

В.Уфлянд. Чертоза. ...................... 137

Е.Рейн. Мой экземпляр “Урании” ........... 139

А.Кушнер. Здесь, на земле... ............... 154

Ш.Маркиш. “Иудей и Еллин”? “Ни Иудей, ни Еллин”? .... 207

Дж.Л.Клайн. История двух книг ............ 215

Б.Янгфельдт. Шведские комнаты. ........... 229

Нобелевский круг

Ч.Милош. Борьба с удушьем ............... 237

П.Вайль. Поэты с имперских окраин. (Беседа с И.Бродским о Д.Уолкоте) ....... 248

М.Игнатьев. Интервью с Октавио Пасом. ..... 256

Ш.Хини. Песнеслагатель (об Иосифе Бродском) 259

В.Полухина. Интервью с Шеймусом Хини .... 264


Иосиф Бродский: труды и дни

Редакторы-составители Петр Вайль и Лев Лосев

Зав.редакцией О.Морозова Редакторы А. Райская, Т.Киселева, К.Митько Менеджер Ю.Кручинова Художник А. Рыбаков Компьютерная верстка П.Ворсанова

ЛР № 063481 от 24.06.94

Подписано в печать 31.12.97. Формат 84х108/32. Гарнитура “Ньютон”. Печать офсетная. Тираж 5000 экз. Заказ № 5965

Издательство Независимая Газета 101000, Москва, ул.Мясницкая, 13.



Источник: http://yanko.lib.ru/books/non-fiction/brodsky_work_and_days.htm





Полухина В. Иосиф Бродский глазами современников. Книга вторая (1996-2005) - СПб.: "Журнал "Звезда",2006 - 544 с.

Давид Шраер-Петров.
(с.155) <...> Конечно, Ося впитал с молоком матери, что он не такой как все.
(с.156) <...> Во всяком случае, я знал и никогда никому этого не говорил, сегодня я говорю вам первой об этом, но это абсолютная правда. Вот его фотография перед нами, он меня видит сейчас, он не будет возражать.
(с.162) - Вы обещали рассказать, как вы впервые услышали о Бродском.
- Я служил в армии, и вдруг получаю письмо (это было году в 1960-м) от своего друга, Бори Смородина, который никогда не писал стихов, но всегда ходил со мной, как мой адъютант, на все чтения, так что он всех знал, со всеми дружил. Он пишет, что была свадьба у Сосноры, на этой свадьбе некий молодой поэт Бродский подрался с Соснорой. Это было первое упоминание о Бродском. Говорит, поэт замечательный, но вот подрался с Соснорой.

Виктор Голышев.
(с.169) - Почему Бродский звал вас Мика?
- Потому что так меня звали с детства родители, а потом родственники и приятели.
(с.173) Когда я был в Америке, Бродский показал мне список книг, которые должны прочесть его студенты. Там было триста названий, начиная с "Гильгамеша" и кончая Джойсом. Я ужаснулся: "Это же нельзя прочесть!" Он только пожал плечами: "Все равно, пускай читают".
(с.174) - Бродский был доволен переводами своих эссе на русский язык?
- Не слишком. На моем переводе (без подписи), который привезли ему на просмотр, он написал примерно так: "Ничего, но все равно буду морщиться, интонация не та". Правки при этом почти не было.

Александр Сумеркин.
(с.187) <...> С прозой было по-другому: помню, я его спросил однажды, когда он в очередной раз сердился по поводу какого-то перевода прозы: "Иосиф, а почему бы вам самому не сесть и не перевести это?" Он ответил: "Что же я буду по второму разу пережевывать однажды съеденное!"

Петр Вайль.
(с.202) <...> Принес перевод Бродскому, он прочел, сделал буквально три-четыре поправки, сказал, что все в порядке. Я страшно воодушевился и спрашиваю: "Ничего, значит, получилось?" Он отвечает: "Ну если серьезно браться, все переписывать надо, но вообще ничего". Я слегка обиделся и говорю: "А вам вообще хоть какие-нибудь переводы ваших сочинений нравятся?" Бродский объясняет, что нет, никакие. Я удивился: "А Голышев?" Он сказал: "Понимаете, с Микой другое дело, я ему говорю, вот здесь бы надо исправить, а Мика отвечает - иди на хер".

Елена Чернышева
(с.280) - Очень любопытные детали, благодарю вас.
- Этих вещей никто не знает. Может быть, через сто лет кому-нибудь будет интересно.

Леди Наташа Спендер.
(с.284) <...> Подобно Ахматовой, он обладал неистрибимым сарказмом, не просто презрением к тирании, которую они были обязаны выносить, но отказом признать собственное бессилие. В 1965 году она дразнила Стивена за его англизированные попытки произнести слово "Брежнев". "Кто?" - "Брежнев". - "Кто?" И затем сказала с доверительной иронией: - Вы не можете произнести его имя - да и я не могу.
В том же духе Иосиф любил вспоминать, как американские туристы в Москве обратились к нему с вопросом, откуда им лучше посмотреть на Кремль, и свой веселый ответ: "Из кабины американского бомбардировщика".

Сюзан Зонтаг.
(с.299) <...> Думаю, нас связывало - помимо эмоциональной привязанности - именно то, что, как он сказал мне чуть ли не в самом начале, я была единственной американкой из всех, кого он встречал, кто руководствовался бы теми же высокими жизненными принципами, что и он.

Аннелиза Аллева.
(с.311) - Ваша дружба с Иосифом продолжалась несколько лет. Были ли в ней ямы и буераки?
- Интересно определение наших отношений как дружба. У меня не было дружбы с Иосифом, скорее была война.

Источник: http://bachoman.livejournal.com/





Биография Бродского, часть 1                 Биография Бродского, часть 2       
Биография Бродского, часть 3


Карта сайта: 1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15.

Почта