СТРАНИЦЫ САЙТА ПОЭТА АРСЕНИЯ ТАРКОВСКОГО

Музей Арсения Тарковского ] Стихотворения Арсения Тарковского ] Стихотворения Арсения Тарковского (ПРОДОЛЖЕНИЕ 1) ] Стихотворения Арсения Тарковского (ПРОДОЛЖЕНИЕ 2) ] ИЗ ПРОЗЫ ПОЭТА ] ФОТОГРАФИИ ] А.Н.Кривомазов: Арсений Тарковский и Марина Цветаева ]

Воспоминания А.Н.Кривомазова о поэте А.А.Тарковском. Некоторые главы из второй части. ОН И ДРУГИЕ ПОЭТЫ ] ЗНАКОМСТВО ДО ЗНАКОМСТВА, МОИ ЛИТЕРАТУРНЫЕ ВЕЧЕРА, ЗНАКОМСТВО И ПЕРВЫЕ ПОРТРЕТЫ ] НИЦШЕ? НЕТ - ЛЕРМОНТОВ! ] СИНТАКСИС БЕЛОГО ] ИВАНОВА ИВА ] ЭКЗЕКУЦИЯ И ФОТОГРАФИИ КИЕВЛЯНКИ ] НЕНАПИСАННОЕ СТИХОТВОРЕНИЕ ] В ГОЛИЦЫНО ] ЛЮБОВЬ ЧЕРЕЗ НЕПОНИМАНИЕ ] ПОСЛАНИЕ ОТ АНДРЕЯ ] ЗНАТЬ ИЛИ ВЕРИТЬ? ] ПОМИНКИ АНДРЕЯ ТАРКОВСКОГО ] СОН НА ПОЛУ ] БРИТЬЕ, МАССАЖ, ХАННА ШИГУЛА И ДРУГИЕ ВИЗИТЕРЫ ] ЯЗЫК ПРИНАДЛЕЖИТ ВСЕМ! ] МОТЫЛЕК ] ЗВЕЗДЫ ] ПОПРОШАЙКА ] РАССКАЗ ПЛАТОНА ] ТЕРПИМОСТЬ ] ГОТОВНОСТЬ ПОМОЧЬ ] ЕГО КТО-ТО СИЛЬНО РАССТРОИЛ ] ОДНАЖДЫ Я НЕ ОСТАВИЛ ИМ ПАЧКУ ФОТОГРАФИЙ ] ИГРЫ В ШАХМАТЫ ] БЕЛЫЙ ГОЛУБЬ ] ПОСЛЕДНИЙ ЖИВОЙ ПОРТРЕТ, ТАТЬЯНА АЛЕКСЕЕВНА, ТАЛЛИНН, НООРУС, ЕРЕВАН ] ПОЧТИ ПРОЩАНИЕ - ПОСЛЕДНЯЯ ПРОСЬБА ] СТИХИ ТАРКОВСКОГО НА ДРУГИХ САЙТАХ, ВСЕ ФИЛЬМЫ АНДРЕЯ ТАРКОВСКОГО, ВОСПОМИНАНИЯ МАРИНЫ ТАРКОВСКОЙ ] ЕГО ЗАГАДКИ ] НАДПИСИ НА ФОТОГРАФИЯХ И КНИГАХ ] ПОХОРОНЫ ]
Письмо художнику в Киев ] Письма Арсения Тарковского поэтессе Евдокии Мироновне Ольшанской в Киев ] Воспоминания Семена Липкина об Арсении Тарковском (интервью) ] Воспоминания Григория Корина об Арсении Тарковском (интервью) ] Воспоминания Александра Ревича об Арсении Тарковском (интервью) ] Воспоминания Инны Лиснянской об Арсении Тарковском (интервью) ] Инна Лиснянская - повесть "Отдельный" - воспоминания об Арсении Тарковском ]


ВОСПОМИНАНИЯ О ПОЭТЕ АРСЕНИИ ТАРКОВСКОМ
Некоторые главы из второй части

(Опубликовано в журнале "Компьютеры в учебном процессе", 1998, № 6, с. 103-160)

А.Н.Кривомазов


Вот на такой скамейке мы и сидели в тот день. Фото А.Н.Кривомазова, 1988.

МОТЫЛЕК

Крошечный, с ноготок, серый мотылек сел на скамейку, на малое свободное пространство между мною и Тарковским, и отчаянно засемафорил своими крылышками, складывая и распахивая их.

Что это значит? кому он посылает свой сигнал? Минуту-другую смотрел на него, потом поднял глаза на поэта.

Арсений Александрович плакал... Только что спокойный, неприступно-запахнутый в свой внутренний мир, рассеянно посматривающий на клумбы и деревья, он, глядя на мотылька, плакал - тихо, ручьисто, чисто, безотрадно... Я шевельнулся, полагая, что ему, возможно, пригодилась бы моя помощь или утешение, но он, двинув бровями и заплаканными глазами (уроки Татьяны Алексеевны!), заставил меня вновь застыть изваянием, пока этот неба лоскуток не улетел восвояси...

Размышляя о том, что мне только что довелось подсмотреть его странность и необычность, я, ни о чем его не спрашивая, скорее почувствовал, чем подумал: ему так дорог этот мир (в котором он знал все запахи, звуки, названия трав и оттенки чувств, который воспринимал гораздо более чувственно, полно и пластично, чем, возможно, любой из тех, кого я знаю), что он испытывает глубочайшее и интимнейшее горе оттого, что видит это в последний (или предпоследний) раз... Что, в отличие от меня, он готов воспринять нечто сверхтонкое, и, по-видимому, сопереживать неприметному серому мотыльку, возможно, чем-то обиженному, чего я, наверное, не смогу никогда ни почувствовать, ни понять...


Повесил на страницу в Интернете эту фотографию, а через пару дней, случайно вновь оказавшись на ней, подумал, что, наверное, было бы правильно здесь, в качестве иной иллюстрации, привести несколько его стихотворений о бабочках и мотыльках - он по-своему любил этих странно устроенных божьих тварей, и мне хочется сейчас, чтобы читатель пригубил, как драгоценное вино, его замечательные стихи на эту тему...


* * *
Я прощаюсь со всем, чем когда-то я был
И что я презирал, ненавидел, любил.

Начинается новая жизнь для меня,
И прощаюсь я с кожей вчерашнего дня.

Больше я от себя не желаю вестей
И прощаюсь с собою до мозга костей,

И уже, наконец, над собою стою,
Отделяю постылую душу мою,

В пустоте оставляю себя самого,
Равнодушно смотрю на себя - на него.

Здравствуй, здравствуй, моя ледяная броня,
Здравствуй, хлеб без меня и вино без меня,

Сновидения ночи и бабочки дня,
Здравствуй, всё без меня и вы все без меня!

Я читаю страницы неписаных книг,
Слышу круглого яблока круглый язык,

Слышу белого облака белую речь,
Но ни слова для вас не умею сберечь,

Потому что сосудом скудельным я был
И не знаю, зачем сам себя я разбил.

Больше сферы подвижной в руке не держу
И ни слова без слова я вам не скажу.

А когда-то во мне находили слова
Люди, рыбы и камни, листва и трава.



ВЕТЕР
Душа моя затосковала ночью.

А я любил изорванную в клочья,
Исхлестанную ветром темноту
И звезды, брезжущие на лету
Над мокрыми сентябрьскими садами,
Как бабочки с незрячими глазами,
И на цыганской масляной реке
Шатучий мост, и женщину в платке,
Спадавшем с плеч над медленной водою,
И эти руки, как перед бедою.
И кажется, она была жива,
Жива, как прежде, но ее слова
Из влажных "Л" теперь не означали
Ни счастья, ни желаний, ни печали,
И больше мысль не связывала их,
Как повелось на свете у живых.

Слова горели, как под ветром свечи,
И гасли, словно ей легло на плечи
Все горе всех времен. Мы рядом шли,
Но этой горькой, как полынь, земли
Она уже стопами не касалась
И мне живою больше не казалась.
Когда-то имя было у нее.
Сентябрьский ветер и ко мне в жилье
Врывается
то лязгает замками,
То волосы мне трогает руками.
1959

ПОСРЕДИНЕ МИРА
Я человек, я посредине мира,
За мною - мириады инфузорий,
Передо мною мириады звезд.
Я между ними лег во весь свой рост -
Два берега связующие море,
Два космоса соединивший мост.

Я Нестор, летописец мезозоя,
Времен грядущих я Иеремия.
Держа в руках часы и календарь,
Я в будущее втянут, как Россия,
И прошлое кляну, как нищий
царь.

Я больше мертвецов о смерти знаю,
Я из живого самое живое.
И - Боже мой! - какой-то мотылек,
Как девочка, смеется надо мною,
Как золотого шелка лоскуток.
1958

ШИПОВНИК
       Т. О.-Т.
Я завещаю вам шиповник,
Весь полный света, как фонарь,
Июньских бабочек письмовник,
Задворков праздничный словарь.

Едва калитку отворяли,
В его корзине сам собой,
Как струны в запертом рояле,
Гудел и звякал разнобой.

Там, по ступеням светотени,
Прямыми крыльями стуча,
Сновала радуга видений
И вдоль и поперек луча.

Был очевиден и понятен
Пространства замкнутого шар
Сплетенье линий, лепет пятен,
Мельканье брачущихся пар.
1962

НОЧНАЯ БАБОЧКА "МЕРТВАЯ ГОЛОВА"
Ходит Пиковая дама,
Палец с головой Адама,
Вверх и вниз под потолком,
Стекол кожу неживую,
Будто рану ножевую,
Метит белым сквозняком.

Треплет свечку, морщит пламя
Знамя ночи вкось углами,
Соглядатай, часовой,
Жироватый, суховатый...
Чур, щеки не припечатай,
Чур, не трогать, я живой!

Ночью все мы на чужбине
Под воронкой черно-синей,
В царство чуждых душ и тел.
Днем в родительском гнездовье
Душным потом, красной кровью
Ограничим свой предел.
1966

БАБОЧКА В ГОСПИТАЛЬНОМ САДУ
Из тени в свет перелетая,
Она сама и тень, и свет,
Где родилась она такая,
Почти лишенная примет?
Она летает, приседая
Она, должно быть, из Китая,
Здесь на нее похожих нет,
Она из тех забытых лет,
Где капля малая лазори
Как море синее во взоре.

Она клянется: навсегда!
Не держит слова никогда,
Она едва до двух считает,
Не понимает ничего,
Из целой азбуки читает
Две гласных буквы
А
и
О.
А имя бабочки рисунок,
Нельзя произнести его,
И для чего ей быть в покое?
Она как зеркальце простое.

Пожалуйста, не улетай,
О госпожа моя, в Китай!
Не надо, не ищи Китая
Из тени в свет перелетая.
О госпожа моя цветная,
Пожалуйста, не улетай!
1945

* * *
Ты, что бабочкой черной и белой,
Не по-нашему дико и смело,
И в мое залетела жилье,
Не колдуй надо мною, не делай
Горше горького сердце мое.

Чернота, окрыленная светом,
Та же черная верность обетам
И платок, ниспадающий с плеч.
А еще в трепетании этом
Тот же яд и нерусская речь.


МОТЫЛЕК

Ходит мотылек
По ступеням света,
Будто кто зажег
Мельтешенье это.

Книжечку чудес
На лугу открыли,
Порошком небес
Подсинили крылья.

В чистом пузырьке
Кровь другого мира
Светится в брюшке
Мотылька-лепира.

Я бы мысль вложил
В эту плоть, но трогать
Мы не смеем жил
Фараона с ноготь.
1958


* * *
Бабочки хохочут, как безумные,
Вьются хороводы милых дур
По лазурному нагромождению
Стереометрических фигур:
Учит их всей этой математике
Голенький и розовый амур.

Хореографическим училищем,
Карнавальным молодым вином
Отдает июньская сумятица
Бабочек, играющих с огнем,
Перебрасывающихся бисером
Со своим крылатым вожаком.

И уносит их ватагу школьную,
Хрупкую, бездушную, безвольную,
Ветер, в жизнь входящий напролом.
1978





В начало

    Ранее          

Далее





Cтраницы в Интернете о поэтах и их творчестве, созданные этим разработчиком:


Авторам: как опубликовать статью в наших журналах ]
Требуйте в библиотеках наши деловые, компьютерные и литературные журналы:


монастырский чай недорого описание на нашем сайте

Карта сайта: 1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15.

Почта