Окна из алюминия в Севастополе — это новые возможности при остеклении больших площадей и сложных форм. Читайте отзывы. Так же рекомендуем завод Горницу.
СТРАНИЦЫ САЙТА ПОЭТА АРСЕНИЯ ТАРКОВСКОГО
Некоторые главы из первой части (Опубликовано в журнале "Компьютеры в учебном процессе", 1997, № 6, с. 103-166) А.Н.Кривомазов СЕРИЯ СНИМКОВ "ПАМЯТИ ЛЕВИКА" 
Снимок из серии "памяти Левика". Фото А.Н.Кривомазова, 26 сентября 1982 года. Летом 1982 года мой домашний телефон подвергся особенно назойливому и бездарному прослушиванию нашей мерзкой государственной организацией (буду вполне удовлетворен, если только несколько читателей поймет мое состояние тогда - напомню, обыск состоится лишь в декабре!), поэтому я выключил телефон напрочь на несколько месяцев. Каково же было мое потрясение, когда я узнал, что несколько дней назад умер и уже похоронен наш блистательнейший переводчик западноевропейской поэзии Вильгельм Вениаминович Левик, (относившийся ко мне с такой приязнью и симпатией, так открыто и дружески!); его вдова Татьяна Васильевна несколько раз звонила мне, но не смогла дозвониться. Стряслась беда, произошло важнейшее для моей души событие, а я из-за этих гадов ничего об этом не знал! Не простился! Не сжег его высокий лоб в своей сетчатке, не шепнул онемелыми последние "прости!" и "прощай!" Какая мразь мне за это ответит? Отношения с В.В. были очень эмоциональны (так он общался со многими!), во мне рухнул огромный материк... 
Господи, какой человек ушел! Со мной происходило что-то страшное: долго с комком в сердце, весь в слезах, я метался по своей забитой книжными массивами комнатенке и глухо внутрь себя ревел... Проклятый телефон! Я с ним не простился, и очень долго он был во мне живым, и я боялся разрушить в себе это состояние. И, как всегда, сквозь боль: но что я смог бы сделать теперь? И тогда в сознании всплыла и зажглась фамилия "ТАРКОВСКИЙ!" Все, завтра, 26 сентября 1982 года, я поеду к Тарковским и буду его снимать так, как еще никогда никого не снимал! Это мой незримый фронт и завтра я буду воевать со все стирающим и уносящим временем ("За Левика!") так, как смогу только один раз в жизни... А теперь (картины не будет!) такая частность: в тот день из сотни кадров я сделал около 10 удачных снимков поэта (в плаще, в кепке, крупным планом лицо в три четверти и др., которых бы просто не было, если бы не описанная подноготная, моя мобилизация и самовнушение). Кстати, фотография в кепке была на пригласительном билете последнего вечера Тарковского в Центральном Доме литераторов (ЦДЛ) 29 ноября 1982 года (на котором они заметили нас с Женей Смагиной в центре зала и послали свои одобрительные улыбки), а потом воспроизведена в его книге "Быть самим собой". 
Деград |
