Окна из алюминия в Севастополе — это новые возможности при остеклении больших площадей и сложных форм. Читайте отзывы. Так же рекомендуем завод Горницу.

Страницы сайта поэта Иосифа Бродского (1940-1996)

Биография: 1940-1965 (25 лет) ] Биография: 1966-1972 (6 лет) ] Биография: 1972-1987 (15 лет) ] Биография: 1988-1996 (8 лет) ] Молодой Бродский ] Суд над Иосифом Бродским. Запись Фриды Вигдоровой. ] Я.Гордин. Дело Бродского ] Январский некролог 1996 г. ] Иосиф Бродский и российские читатели ] Стихотворения, поэмы, эссе Бродского в Интернете, статьи о нем и его творчестве ] Фотографии  ] Голос поэта: Иосиф Бродский читает свои стихи ] Нобелевские материалы ] Статьи о творчестве Бродского ] Другие сайты, связаннные с именем И.А.Бродского ] Обратная связь ]

Коллекция фотографий Иосифа Бродского



1 ]  ] 2 ]  ] 3 ] 4 ] 5 ] 6 ] 7 ] 8 ] 9 ] 10 ] 11 ] 12 ] 13 ] 14 ] 15 ] 15a ] 15b ] 16 ] 17 ] 18 ] 19 ] 19а ] 19б ] 19в ] 20 ] 21 ] 22 ] 22a ] 23 ] 24 ] 25 ] 25а ] 25б ] 26 ] 26a ] 27 ] 28 ] 29 ] 30 ] 31 ] 32 ] 33 ] 34 ] 35 ] 36 ] 37 ] 37а ] 38 ] 39 ] 40 ] 41 ] 42 ] 43 ] 44 ] 45 ] 46 ] 47 ] 48 ] 49 ] 50 ] 51 ] 52 ] 52а ] 53 ] 54 ] 55 ] 56 ] 57 ] 58 ] 59 ] 60 ] 61 ] 62 ] 63 ] 64 ] 65 ] 66 ] 67 ] 68 ] 69 ] 70 ] 71 ] 72 ] 73 ] 74 ] 75 ] 76 ] 77 ] 78 ] 79 ] 80 ] 81 ] 82 ] 83 ] 84 ] 85 ] 86 ] 87 ] 88 ] 89 ] 90 ] 91 ] 92 ] 93 ] 94 ] 95 ] 96 ] 97 ] 98 ] 99 ] 100 ] 101 ] 102 ] 103 ] 104 ] 105 ] 106 ] 107 ] 108 ] 109 ] 110 ] 111 ] 112 ] 113 ] 114 ] 115 ] 116 ] 117 ] 118 ] 119 ] 120 ] 121 ] 122 ] 123 ] 124 ] 125 ] 126 ] 127 ] 128 ] 129 ] 130 ] 131 ] 132 ] 133 ] 134 ] 135 ] 136 ] 137 ] 138 ] 139 ] 140 ] 141 ] 142 ] 143 ] 144 ] 145 ] 146 ] 147 ] 148 ] 149 ] 150 ] 151 ] 152 ] 153 ] 154 ] 155 ] 156 ] 157 ] 158 ] 159 ] 160 ] 161 ] 162 ] 163 ] 164 ] 165 ] 166 ] 167 ] 168 ] 169 ] 170 ] 171 ] 172 ] 173 ] 174 ] 175 ] 176 ] 177 ] 178 ] 179 ] 180 ] 181 ] 182 ] 183 ] 184 ] 185 ] 186 ] 187 ] 188 ] 189 ] 190 ] 191 ] 192 ] 193 ] 194 ] 195 ] 196 ] 197 ] 198 ] 199 ] 200 ] 201 ] 202 ] 203 ] 204 ] 205 ] 206 ] 207 ] 208 ] 209 ] 210 ] 211 ] 212 ]

Показывать все, значит, показывать все.




Виктор Топоров 
Пейзаж после Бродского 
 
Едва ли не на другой день после смерти Бродского в эфире прозвучало 
истерически бесстыдное: "Солнце русской поэзии закатилось!" 
Сейчас, ровно десять лет спустя, можно констатировать, что слова 
"Бродский -- наше всё!" были бы, пожалуй, уместнее. 
Остается, правда, уточнить, чье именно наше. 
Этих мы наберется не менее десятка - и у каждого своя печаль, 
да и интерес, разумеется, тоже свой. 

Первый круг - "ближний" -- прижизненный (хотя бы ненадолго), 
пожизненный и вот уже второе десятилетье посмертный. 
Занятно, что все в этом кругу, в котором Бродский был младшим, 
живы и более-менее здоровы. 

"Учитель поэзии" Рейн, удостоенный Гос- и прочих премий, 
увенчанный публичными лаврами и уличенный в печатном вранье, 
объехавший за последние годы полмира и лажанувшийся 
в неприглядно среднеазиатской истории с Туркменбаши, 
потому что иначе ему "не хватало на пельмени", -- смешной, 
безобидный, местами (как это ни парадоксально) поэтически 
не бездарный и даже славный. Вот только не след ему ездить 
в одной лодочке с Бродским по каналам центрального телевидения, 
доказывая, что вовсе не он утонул. Вот поэтому и не утонул! 

Вечный соперник Рейна (и только Рейна) Найман написал о нем паскудную пьесу. 
И паскудную прозу -- не только о нем. И опубликовал паскудные мемуары о Бродском. 
Но он воцерковленный православный - так что Бог ему судия, а не я. 

Бобышев - или, как он порой подписывается, граф Шампанский, -- 
персонаж и вовсе анекдотический. Ахматова (истинное дитя своего времени) 
назначила его - единственного русского среди "сирот" -- старостой домашнего 
поэтического кружка, -- и ему запомнилось на всю жизнь. 
Тоже сочинил паскудные мемуары, но у него хотя бы имелась на то причина: 
Бродский сознательно и целеустремленно давил его, как клопа, и в Ленинграде, и в США. 

Кушнер - не "сирота", но тоже с какого-то бока припека. 
Погнал было после смерти поэта волну о равновеликости двух дарований: 
сравнил Бродского с пальцем! Год назад интриговал, выклянчивая себе 
Нобелевскую премию, но утешился специально под него, унылого строчкогона, сработанным "Поэтом". 

Второй круг плавно перетекает в первый (и наоборот) - бродсковеды. 
Бродсковеды смыкаются с набокововедами и довлатововедами. 
Все три профессии имеют приятное общее качество: конвертируемость. 
Конвертируемость, понятно, постепенно сходит на нет, но тем не менее… 

В цитадели конвертируемого литературоведения - петербургском журнале "Звезда" -- 
чуть ли не ежевечерне пьют за упокой "кормильцев". Знакомая иностранка, 
побывав в "Звезде" на пятидесятипятилетии Бродского, в ужасе спросила у меня: 
"Они, что, так же будут отмечать и шестьдесят лет? И шестьдесят пять?" 
"Ты не врубилась, -- ответил я ей. - Так они будут отмечать пятьдесят шесть. 
И пятьдесят семь тоже. И пятьдесят восемь…" 

Значительная часть бродсковедов принадлежит хотя бы номинально 
к прекрасному полу и, соответственно, проходит по разряду "подруг и товарок", 
а это уже отдельный - третий -- круг. О них не будем из деликатности. 
Чуть ли не главную из них - писательницу и мемуаристку - я помню чуть ли не с колыбели. 
Хотя и не помню, чтобы она ее мне качала. 

Четвертый круг - петербургские (а точнее, понятно, ленинградские) 
поэты двух-трех поколений. Бродский высосал их, как две-три дюжины устриц, 
а они и не пикнули. Пара-тройка обмолвились, было, что с уходом Бродского 
им и дышится легче, и пишется лучше, -- но куда там! Пишут, в порядке моральной 
компенсации, под Бродского - и вечно уличают в этом друг дружку. 

Пятый круг - поэты советские, антисоветские и постсоветские. 
Советские и антисоветские вместе с властью сошли на нет; 
постсоветские вынужденно освоили прикладные ремесла: 
правдорубство, одностишья, пастиши, "кикимору" и прочую лабуду. 
"Поедальщик" питерской поэзии, Бродский стал и могильщиком московской; 
возможные возражения прикормленной и/или "патриотической" 
критики в рассмотрение не принимаются. 

Шестой круг - читатели Бродского (особый подвид - чтецы-декламаторы: 
этим нужно оторвать то, за что их нужно повесить): 
городская интеллигентная публика; контингент небольшой, но стойкий: 
здесь родители прививают любовь к Бродскому своим детям, а те, в свою очередь, 
своим. Наказ Ельцина десятилетней давности - выпустить Бродского 
полумиллионным тиражом - так и остался нереализованным, 
но суммарный тираж в сотню тысяч, думаю, разошелся. 
Да и сейчас, выйди Бродский в "Библиотеке поэта", -- разойдется еще тысяч пять-семь. 
Вот только что тут сработает - любовь к стихам или раскрученный брэнд, я не знаю. 

Седьмой круг - читатели поэзии (вообще поэзии, а не стихов Бродского; 
кстати, читатель стихов Бродского совершенно не обязательно 
интересуется поэзией как таковой). Читателей поэзии сегодня нет: 
есть читатели поэтической классики и нехотя читающие друг друга стихотворцы 
и как бы стихотворцы, имя которым по-прежнему легион. 
Бродский интересен читателям классики - и читают его как классика, -- 
как последнего классика, -- и, может быть, вообще как последнего поэта. 

Восьмой круг - издатели; но они, как ясно из вышеизложенного, выбирают пепси. 

Тот же президент Ельцин, спрошенный в 1999 году о Пушкине, 
ответил, что это его любимый литературный герой. По-видимому, 
Борис Николаевич любит Хармса, но юбилей последнего уже позади. 
Сегодня мы говорим о Бродском. 

Есть, увы, такое подозрение, что и Бродский интересен сегодня 
по преимуществу как литературный герой. Как персонаж. 
И даже не обязательно литературный, а просто медийный. 
Первый канал показал 30 января в цикле "Гении и злодеи" 
фильм "Иосиф Бродский: история побега": ляп на ляпе, ошибка на ошибке, 
но тем симптоматичнее. А известный режиссер снимает нынче игровой фильм 
о Бродском - и я вроде бы оказался единственным, кто отказался от предложенной роли 
(оставив тем самым за собой право беспристрастно 
отрецензировать кинокартину по ее выходе). 

Девятый круг - круг особый - Александр Исаевич Солженицын. 
Бродского он прочитал с карандашом, как поэт - поэта, 
и покойный поэт сильно не понравился здравствующему. 

Поэзия маргинализовалась лет сорок назад и окончательно 
выпала в осадок тому лет двенадцать - современная поэзия, 
в первую очередь. И не согласны с этим только сами стихотворцы 
(круги с Четвертого по Пятый и, разумеется, Девятый) - 
а я буду только рад, если время, опровергнув мои построения, 
докажет их правоту. 



Источник: http://www.nanevskom.ru/numbers/product/377/

В начало

    Ранее          

Далее

Требуйте в библиотеках наши деловые, компьютерные и литературные журналы: Современное управление ] Маркетинг успеха ] Экономика XXI века ] Управление бизнесом ] Ноу-хау бизнеса ] Бизнес-команда и ее лидер ] Компьютеры в учебном процессе ] Компьютерная хроника ] Деловая информация ] Бизнес. Прибыль. Право ] Быстрая продажа ] Рынок. Финансы. Кооперация ] Секретные рецепты миллионеров ] Управление изменением ] Антология мировой поэзии ]

Деград

Карта сайта: 1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15.