Страницы сайта поэта Иосифа Бродского (1940-1996)

Биография: 1940-1965 (25 лет) ] Биография: 1966-1972 (6 лет) ] Биография: 1972-1987 (15 лет) ] Биография: 1988-1996 (8 лет) ] Молодой Бродский ] Суд над Иосифом Бродским. Запись Фриды Вигдоровой. ] Я.Гордин. Дело Бродского ] Январский некролог 1996 г. ] Иосиф Бродский и российские читатели ] Стихотворения, поэмы, эссе Бродского в Интернете, статьи о нем и его творчестве ] Фотографии  ] Голос поэта: Иосиф Бродский читает свои стихи ] Нобелевские материалы ] Статьи о творчестве Бродского ] Другие сайты, связаннные с именем И.А.Бродского ] Обратная связь ]

Коллекция фотографий Иосифа Бродского



1 ]  ] 2 ]  ] 3 ] 4 ] 5 ] 6 ] 7 ] 8 ] 9 ] 10 ] 11 ] 12 ] 13 ] 14 ] 15 ] 15a ] 15b ] 16 ] 17 ] 18 ] 19 ] 19а ] 19б ] 19в ] 20 ] 21 ] 22 ] 22a ] 23 ] 24 ] 25 ] 25а ] 25б ] 26 ] 26a ] 27 ] 28 ] 29 ] 30 ] 31 ] 32 ] 33 ] 34 ] 35 ] 36 ] 37 ] 37а ] 38 ] 39 ] 40 ] 41 ] 42 ] 43 ] 44 ] 45 ] 46 ] 47 ] 48 ] 49 ] 50 ] 51 ] 52 ] 52а ] 53 ] 54 ] 55 ] 56 ] 57 ] 58 ] 59 ] 60 ] 61 ] 62 ] 63 ] 64 ] 65 ] 66 ] 67 ] 68 ] 69 ] 70 ] 71 ] 72 ] 73 ] 74 ] 75 ] 76 ] 77 ] 78 ] 79 ] 80 ] 81 ] 82 ] 83 ] 84 ] 85 ] 86 ] 87 ] 88 ] 89 ] 90 ] 91 ] 92 ] 93 ] 94 ] 95 ] 96 ] 97 ] 98 ] 99 ] 100 ] 101 ] 102 ] 103 ] 104 ] 105 ] 106 ] 107 ] 108 ] 109 ] 110 ] 111 ] 112 ] 113 ] 114 ] 115 ] 116 ] 117 ] 118 ] 119 ] 120 ] 121 ] 122 ] 123 ] 124 ] 125 ] 126 ] 127 ] 128 ] 129 ] 130 ] 131 ] 132 ] 133 ] 134 ] 135 ] 136 ] 137 ] 138 ] 139 ] 140 ] 141 ] 142 ] 143 ] 144 ] 145 ] 146 ] 147 ] 148 ] 149 ] 150 ] 151 ] 152 ] 153 ] 154 ] 155 ] 156 ] 157 ] 158 ] 159 ] 160 ] 161 ] 162 ] 163 ] 164 ] 165 ] 166 ] 167 ] 168 ] 169 ] 170 ] 171 ] 172 ] 173 ] 174 ] 175 ] 176 ] 177 ] 178 ] 179 ] 180 ] 181 ] 182 ] 183 ] 184 ] 185 ] 186 ] 187 ] 188 ] 189 ] 190 ] 191 ] 192 ] 193 ] 194 ] 195 ] 196 ] 197 ] 198 ] 199 ] 200 ] 201 ] 202 ] 203 ] 204 ] 205 ] 206 ] 207 ] 208 ] 209 ] 210 ] 211 ] 212 ] 213 ] 214 ] 215 ] 216 ] 217 ] 218 ] 219 ] 220 ] 221 ] 222 ] 223 ] 224 ] 225 ] 226 ] 227 ] 228 ] 229 ]

На торжествах по случаю вручения Нобелевской премии по литературе 1987 г.
Друзья-поэты Иосиф Бродский и Лев Лосев.
Стокгольм, 1987, вечер перед Нобелевской церемонией.
Фото из архива Льва Лосева.
Источник: http://www.ogoniok.com/4962/27/





ОЧЕРКИ, ЗАМЕТКИ, МЕМУАРЫ

Сергей Фаустов

ИОСИФ БРОДСКИЙ И НИКОЛАЙ РУБЦОВ (Эксперимент на симметрию)

 
      История СССР содержала в себе страницы, особый смысл которых проявился спустя десятилетия. Первые два слова в предыдущей фразе написаны  для большей значительности, потому что эта история сама себя называла экспериментом.
      Одна из страниц относится к 50-60-м годам, когда наступала хрущевская «оттепель» и она же продолжалась еще несколько  брежневских лет.
      С одной стороны, литературные болельщики на стадионах внимали Евтушенко, Рождественскому, Вознесенскому...
      А в то же время на Северо-Западе России уже начинали свой путь два великих поэта, которых одинаково не знал никто: Николай Рубцов и Иосиф Бродский.
      Дальнейшее повествование построим в виде двух параллельно-последовательных рассказов.
 
Дата рождения  3 января 1936 г. 24 мая 1940 г.
Место рождения Емецк, Архангельской обл. Ленинград
Образование 7 классов (в 1962 г. закончил вечернюю школу) 8 классов (без аттестата зрелости)
Профессии кочегар
матрос
учеба в горном техникуме
 (не закончена)
фрезеровщик
техник-геофизик
кочегар
матрос
Начал писать 1957 г. 1955 г. (?)

      Отметим, что курсив относится к Рубцову, а обычный шрифт - к Бродскому.
В 1964 году Николая Рубцова отчислили из Литературного института и он уехал в деревню Никола. В том же году Иосифа Бродского судили за тунеядство и отправили в ссылку  в Архангельскую область в деревню Норенская, близ станции Коноша, на границе Вологодской и Архангельской области. По прямой между поэтами было километров двести. Для двух имен такого всемирного масштаба -  это одна географическая точка. Трудно удержаться от соблазна привести здесь отрывки. Из Рубцова - «Люблю я деревню Николу, где кончил начальную школу», и Бродского - «Отскакивает мгла от окон школы, звонят из-за угла колокола Николы». Оба они были вынуждены пребывать в деревне.
      Их поливал один «архангельский дождик». Снег выпадал и таял в один день. Они собирали грибы и ягоды, встречались с друзьями, каждый со своими, если только к ним кто-то приезжал.
      31 мая 1964 года Бродский, хоть и по другому поводу, но написал очень показательные строки:

Два путника, зажав по фонарю,
одновременно движутся во тьме,
разлуку умножая на зарю.
хотя бы и не встретившись в уме.

      Советская жизнь поставила уникальный эксперимент - два  поэта, как два близнеца от искусства, шли своей дорогой, параллельной дорогой, иногда чуть ли не сталкиваясь на Невском проспекте в Ленинграде или где-то на железной дороге на Вологодчине (все это было возможно). И будучи незнакомыми друг с другом, доказали один и тот же тезис, который сейчас знают все: для своего признания нужно перейти в другой мир -  у Рубцова - смерть, у Бродского — отьезд с Родины.
      В 1990 году была выпущена книга Рубцова «Видения на холме» , а в следующем, в 1991 году, Бродского  - «Холмы». Специальной связи между этими двумя событиями, точнее - названиями сборников — нет, но совпадение совершенно не случайно. Вот из этих двух книг мы и будем цитировать.  Бродский  объясняет, что такое холмы:

Холмы - это наша юность,
гоним ее, не узнав.
Холмы - это сотни улиц.
Холмы - это сонм канав.
Холмы - это боль и гордость.
Холмы - это край земли.
Чем выше на них восходишь,
тем больше их видишь вдали.
Холмы - это наше страданье.
Холмы - это наша любовь.
Холмы - это крик, рыданье,
уходят, приходят вновь.
Свет и безмерность боли,
наша тоска и страх,
наши мечты и горе,
все это в их кустах...

      В другом стихе он говорит, что равнина - это смерть, холмы - это жизнь.

А вот отрывки из двух стихотворений: «Я буду скакать по холмам...» и «Ты поскачешь во мраке...» Первое было написано в 1963 Рубцовым, а второе - в 1962 году Бродским. Рубцов: Я буду скакать по холмам задремавшей отчизны, Неведомый сын удивительных вольных племен! Как прежде скакали на голос удачи капризный, Я буду скакать по следам миновавших времен... Бродский: Ты поскачешь во мраке, по бескрайним холодным холмам, вдоль березовых рощ, отбежавших во тьме к треугольным домам, вдоль оврагов пустых, по замерзшей траве, по песчаному дну, освещенный луной и ее замечая одну. Рубцов: Останьтесь, останьтесь, небесные синие своды! Останься, как сказка, веселье воскресных ночей! Пусть солнце на пашнях венчает обильные всходы Старинной короной своих восходящих лучей!.. Я буду скакать, не нарушив ночное дыханье И тайные сны неподвижных больших деревень. Никто меж полей не услышит глухое скаканье, Никто не окликнет мелькнувшую легкую тень. Бродский: Кто там скачет, кто мчится под хладною мглой, говорю, одиноким лицом обернувшись к лесному царю, - обращаюсь к природе от лица треугольных домов: кто там скачет один, освещенный царицей холмов? Но еловая готика русских равнин поглощает ответ, из распахнутых окон бьет прекрасный рояль, разливается свет; кто-то скачет в холмах, освещенный луной, возле самых небес, по застывшей траве, мимо черных кустов. Приближается лес. Какая муза дала им домашнее задание, написать сочинение на заданную тему, устроив такую невероятную перекличку? В.Белков в книге «Жизнь Рубцова» пишет: «Рубцов не мог не знать стихотворения И.Бродского, написанного в 1962 году... Даже по этой короткой цитате видно, насколько близки два стихотворения. Но Рубцов, гений отклика, всегда отвечал сильно и по-своему. И на вопрос Бродского... Рубцов ответил твердо и определенно!» Рубцов: ...Воспрянув духом, выбегу на холм И все увижу в самом лучшем свете. Деревья. избы, лошадь на мосту, Цветущий луг - везде о них тоскую. (1965) Бродский: ...я на бугор взбежал и увидал: шоссе пустынным было и неровным. Но небо, подгибая провода. не то сливалось с ним, не то касалось. Я молча оглянулся, и тогда совсем другой мне роща показалась. «Мил Николаю Рубцову образ необозримого российского простора с бескрайностью лесов, болот и полей. Романтической таинственностью полон этот образ, в котором грезится что-то сказочное, призрачное. Впечатление создается не столько пластически, сколько намеком, музыкой, настроением.» Так писал критик Василий Оботуров. Но разве не то же самое можно говорить о Бродском? Бродский: Здесь на холмах, среди пустых небес, среди дорог, ведущих только в лес, жизнь отступает от самой себя и смотрит с изумлением на формы, шумящие вокруг. И корни вцепляются в сапог, сопя, и гаснут все огни в селе. (1964) «...стремящиеся в его текст слова участвуют в событии, важность которого безошибочно угадывается читателем вне зависимости от характера этого события и отношения к нему автора. Кажется. именно поэтому у Бродского интересно решительно все - вплоть до шуточных почеркушек.» Так писал составитель «Холмов» Г.Комаров. Но разве не то же самое можно говорить о Рубцове? Вот первое, рубцовское, что наугад попало мне для иллюстрации. Я вспомнил угрюмые волны, Летящие мимо и прочь! Я вспомнил угрюмые молы, Я вспомнил угрюмую ночь. Я вспомнил угрюмую птицу, Взлетевшую жертву стеречь. Я вспомнил угрюмые лица, Я вспомнил угрюмую речь. Я вспомнил угрюмые думы, Забытые мною уже... И стало угрюмо. угрюмо И как-то спокойно душе. Можно только удивляться, как будучи в ссылке, получив приговор ни за что, сохранить в себе любовь к отчизне и удержаться от злобы. Вот что писал Бродский 25 марта 1964 года в Архангельской пересыльной тюрьме: Сияние русского ямба упорней и жарче огня, как самая лучшая лампа, в ночи освещает меня. Перо поднимаю насилу, и сердце пугливо стучит. Но тень за спиной за Россию, как птица на рощу кричит, да гордое эхо рассеян засело по грудь в белизну. Такие строки может написать только тот, кто знает, что для птицы значит спасительная роща. Бродский не озлоблен: «Северный край, укрой. И поглубже. В лесу. Как смолу под корой, спрячь под веком слезу». Удивительно, но и следующее высказывание о Рубцове можно так же отнести и к Бродскому. Виктор Астафьев рассказывал, как Рубцов попал в обидную для него скандальную ситуацию и откликнулся на нее стихами. «У посредственного поэта они были бы обязательно злые... у него стихи стали еще печальнее, пронзительнее, он в душе простил... Вот это первый признак большого поэта и писателя. Он не опустился до зла, до мести». Бродский из ссылки пишет, что он «на Севере родном, когда в окне бушует ветер на исходе лета». Дальнейшее повествование приведет к тому, что вы перестанете отличать Бродского от Рубцова. И на этом мне придется закончить. На одной из недавних выставок в областной картине галерее я увидел линогравюру одного художника. Подпись гласила: «Рубцов». Но всякий мог заметить, что портрет более всего похож на Бродского, особенно, говоря его же словами, «лысоватым затылком». Технология гравюры такова, что художник получает на бумаге зеркальные отпечатки. Так и в зеркале мы видим не себя. Плоскость симметрии меняет облик самым удивительным образом, и в этом мире нам только и остается удивляться русской поэзии и вовлеченной в нее вологодской литературе. Источник: http://rubtsov.id.ru/others/faustov.htm




03.29.2005

Дух Бродского не эмигрировал в Америку

Один из величайших поэтов ХХ века вырос в обычной питерской коммуналке на улице Пестеля. Бродский уехал отсюда в 1972 году. С тех пор в городе произошли большие перемены. Если раньше в квартире проживали четыре семьи, то теперь только две - прогресс налицо! Звонок, под которым когда-то было написано «к Бродским», сегодня живет своей самостоятельной жизнью, сотканной из воспоминаний. Его «поношенной поверхности» касались пальцы Довлатова, Битова, Верхейла, Шульца… И гулкий коридор откликался на звук быстрыми шагами Оси либо неторопливой поступью Марии Моисеевны и Александра Ивановича. Там, внутри квартиры, - целый мир, каждый сантиметр которого многократно описан Бродским в эссе и стихах…

В комнате, утыканной гвоздями
Я часто пыталась представить себе, кто мог бы сегодня жить в комнате Иосифа Бродского. Казалось, что это будет какой-нибудь убеленный сединами старец, достойно доживающий свой век в «святая святых» поэтической Мекки. Но дверь мне открыла белокурая фотогеничная женщина Алена.

Сразу бросилось в глаза, что стены, потолок и пол прихожей скошены, как будто весь дом накренился в одну сторону. Идем по длинному коридору. Слева остается комната родителей Иосифа. А вот и заветная дверь. На ней старая круглая ручка - материальное воплощение прошлого. Сколько же раз ее касался Бродский…

Переступаю порог. Алена представила мне своего мужа, успешного предпринимателя Вахтанга Заркуа. Ребята были молоды и энергичны.
Алена предлагает тапочки, я с радостью соглашаюсь. Мама поэта Мария Моисеевна считала хождение по паркету без обуви невоспитанностью, говорила даже, что это дурная примета - к смерти в доме. Иосиф же не нарушал это неписаное правило по другой причине - считал, что в носках легко поскользнуться. Вахтанг признается, что сначала собирался обновить паркет в комнате, но потом решил, что следы на нем - это своего рода «росчерки пера» самого Бродского, и аккуратно застелил почти весь пол ковром для лучшей сохранности.
- Мы переехали сюда десять лет назад, - рассказывает он. - Когда моя мама впервые увидела эту комнату, то просто умоляла поехать жить в другую квартиру, на Васильевском острове. Она даже плакала - такой в комнате был кавардак, а сквозь узкие окна плохо проходил свет. У меня был один-единственный довод: «Мама, в этой комнате жил Иосиф Бродский».

После кончины родителей поэта здесь еще какое-то время обитали другие жильцы. Вахтанг Заркуа въехал сюда в результате обмена.
- Когда мы приступили к ремонту, то были очень удивлены - вся комната оказалась утыкана гвоздями, - вспоминает жилец. - Видимо, потому, что отец Бродского, занимавшийся фотографией, сушил здесь пленки. Половину комнаты поэта занимала фотолаборатория. Там, где у меня сейчас бар, раньше находились мойка и огромная металлическая печь. Кстати, когда я ее разбирал, то обратил внимание на гербы на кирпичах.
- Куда вы дели кирпичи?
- Выбросил. Их ведь не Иосиф Бродский делал…

Как индейцы в резервации
Не знаю, нужно ли говорить «увы», но комната поэта сегодня достаточно хорошо отремонтирована. Потолок, украшенный гипсовым, в мавританском стиле орнаментом, ослепительно бел. И в пятнах от протечек уже не разглядеть привидевшуюся когда-то Бродскому «подробную карту некой несуществующей сверхдержавы или архипелага».

Там, где у поэта стоял вдвинутый в нишу письменный стол, сегодня повешены полочки с множеством дорогих новым хозяевам вещиц. На месте дивана, придвинутого к окну, ныне красуется современный комод. В комнате нет ничего, что напоминало бы о Бродских. Разве что арки с «сарацинскими очертаниями верхних краев», почти достигающие потолка. Когда-то в этих арках стояли книжные полки и чемоданы. Этим сооружением будущий нобелевский лауреат пытался отделить себя от родителей. Сейчас арочное пространство заделано и заклеено обоями.

Из-за сделанного ремонта между новыми жильцами и Фондом создания музея Бродского пробежала черная кошка. Периодически представители фонда приводят в квартиру людей на экскурсии. Это ставит жильцов в неловкое положение.
- Сюда часто иностранцев приводят, - рассказывает Вахтанг. - Представьте, ты стоишь на кухне не совсем одетый, что-то варишь, а тут приходят люди и тебя, как в зоопарке, рассматривают. Соседка говорит: «Мы здесь, как индейцы в резервации». Мы просили сообщать заранее о визитах, объясняли, что, пока в квартире есть жильцы, с этим нужно считаться. Нам отвечают, что раз вы не предупредили нас, когда ремонт делали, почему мы должны предупреждать? Но десять лет назад, когда мы здесь поселились, никто о музее Бродского и не думал. И потом, каждую ночь из этой мойки раздавались непонятные звуки, было ощущение, что вода льется через комнату. А ведь это не ванная. Мы в этой комнате спим. Когда я поменял унитаз, председатель правления Фонда создания музея Бродского Михаил Мильчик сразу спросил: «А куда ты старый дел?» Но я же не виноват, что «унитаз Бродского» развалился. А ванная комната? Стены крошились, грибок все проел, краны проржавели и текли. Нам ведь здесь как-то жить нужно. Мы не можем застрять в середине 60-х годов прошлого века.

Руководство фонда должно понимать, что мемориальной квартирой нужно заниматься. Недавно в коридоре отвалился огромный кусок штукатурки. Если бы под ним кто-то находился, человека бы запросто травмировало. Кто должен за этим следить?
В настоящий момент Фондом Бродского выкуплена лишь часть бывшей квартиры поэта - в частности, комната его родителей. С оставшимися жильцами достигнута договоренность о переселении. Но стороны не могут сойтись в вариантах. Эта эпопея тянется уже пять лет.

- Агентство «Адвекс», которое является одним из учредителей Фонда Бродского, постоянно сбивает цену, - сетует Вахтанг Заркуа. - Нас убеждают в том, что квартира наша дешевая, потому что плохая - пол перекошен, дом без капремонта, штукатурка отваливается - работы непочатый край. А я уверен, что таких квартир (даже без учета того, кто здесь жил) в городе - пересчитать по пальцам. Бывший дом Мурузи построен в мавританском стиле. В комнатах много лепнины. Сама квартира трехсторонняя. По центру выходит на Преображенский собор, с балкона видна Пантелеймоновская церковь, рядом Михайловский замок, Летний сад. Почему мы, переезжая отсюда, должны соглашаться на худшие условия?

Судя по всему, проблема упирается в отсутствие необходимых денег у Фонда Бродского. Ситуация зашла в тупик.

Он иногда возвращается
Самое колоритное место - кухня. Она совершенно не изменилась после отъезда Иосифа Бродского. Прошло более тридцати лет, а здесь по-прежнему висят веревки для белья, благодаря которым, как писал Бродский, «каждый из нас назубок знал соседское исподнее». Та же дровяная плита, и от пола до уровня глаз стена покрыта зеленоватой краской, а выше - девственной побелкой. Границу между ними Иосиф Бродский предпочитал принимать за черту морского горизонта.

Происходят в квартире и совсем уж мистические вещи.
- Иногда раздаются странные щелчки, - говорит Вахтанг Заркуа. - Мы долго пытались понять их природу, потом решили - не стоит… А однажды у нас сам по себе неожиданно включился чайник, как будто кто-то чаю захотел. Может, дух Бродского возвращается сюда иногда?..

«Здесь радостно жить!»
Интересно, каково это, засыпать и просыпаться в комнате Бродского?
- В первые дни и месяцы мы надышаться не могли всем этим, - вспоминают Вахтанг и Алена. - Сейчас мы вжились в это пространство, хотя, знаете, иногда мысли так воспарят… Когда мы сюда переехали, сразу поняли - здесь очень хорошая аура. В эту комнату радостно возвращаться, здесь легко находиться.

Самое интересное, что у супругов на новом месте начали пробуждаться творческие способности. Алена стала вышивать и писать картины. А еще муж и жена пристрастились на пару сниматься в кино. В свободное время они участвуют в киношной массовке. И делают это не ради заработка, а ради удовольствия. Жить в комнате Бродского и не заниматься творчеством у них не получается.

Олеся АКСЕНОВА




Источник: http://smena.ru/news/2005/03/29/4882/



В начало

    Ранее          

Далее



Карта сайта: 1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15.

Почта