Окна из алюминия в Севастополе — это новые возможности при остеклении больших площадей и сложных форм. Читайте отзывы. Так же рекомендуем завод Горницу.
СТРАНИЦЫ САЙТА ПОЭТА АРСЕНИЯ ТАРКОВСКОГО
Некоторые главы из первой части (Опубликовано в журнале "Компьютеры в учебном процессе", 1997, № 6, с. 103-166) А.Н.Кривомазов КАЖДЫЙ ПРИХОД К НИМ В ГОСТИ - ВСЕГДА ПРАЗДНИК 
Татьяна Алексеевна всегда находила самые лучшие - теплые, нежные, твердые - слова поддержки... Для меня приход к ним был праздником, после которого наступал привычный рабочий ад. Визит к ним нужно было психологически заработать (у Бродского есть место о кальвинизме как манере жить с постоянным Страшным Судом в себе: что-то похожее практиковал в те годы и я). Это не всем понятно, но я тогда жил идеей, что мне отпущено очень мало времени на свете, и хотелось прожить жизнь с пользой и интересно. Я чувствовал в себе силы и хотел сделать побольше, постоянно имея перед глазами личный пример своей героической матери. Есть затягивающая магия самореализации на пределе данных вам природой возможностей, - блестяще выраженная Высоцким: "Вдоль обрыва, // По-над пропастью, // По самому по краю // Я коней своих нагайкою стегаю, // Погоняю!.." - когда вы имеете реальную власть сжечь ради какого-то своего острого сиюминутного желания или задачи частичку вашей будущей жизни - час, день, месяц, полгода, год (помните "Шагреневую кожу" Бальзака?)... Тогда я был обуреваем верой, что упорное повседневное каторжное многоделание - единственный рецепт прожить несколько жизней в одной - при этом я отказывался считать жизнью простое поел-поспал-потрепался... Им был дан шанс и они его упустили! - так думал я в то время, понимая, что нужно непременно чередовать черную и белую полосы в жизни (черная тяжела, белая пустовата), широко закинуть сети в поисках интеллектуального света и душевной энергии, для того чтобы выдержать черный ад очередной "шахты". А с Тарковскими было безумно интересно. Мои тогдашние идеи не находили у них видимого отзвука (мы были очень несхожи), но я видел, что услышан и понят. Они относились ко мне с равной добротой, как и ко всем другим. Одно из сильнейших ощущений того времени: столько перемен, новой информации, людей, впечатлений влетело в казавшиеся бездонными рюкзаки за моей спиной, за короткие сроки я успевал побывать в большом количестве мест, безумно устал, непонятно, почему жив вообще, жадно глотаю ртом похожий на раскаленный песок воздух, - а прекрасные олимпийцы спокойны и мудры в своих отношениях с жизнью, живут размеренно и величественно, проплывая, как светящиеся облака, над всеми ее пенящимися перекатами и излучинами. Тогда казалось, что они переживут всех, и желалось им только этого. Повторяю, это было очень сильное личное ощущение... Хотя я мог в то же время ясно видеть, что к ним вплотную подступили старческие болезни, они жестоко страдают, ежедневно сжигая частицу души и плоти, поддерживая и необратимо утрачивая друг друга... Но они были великолепной слаженной парой героев, их дух перебарывал физические недуги: они не жаловались, лишь изредка стонали... 
Деград |
