Источник: http://www.rusamny.com/369/t04(369).htm



Страницы сайта поэта Иосифа Бродского (1940-1996)

Биография: 1940-1965 (25 лет) ] Биография: 1966-1972 (6 лет) ] Биография: 1972-1987 (15 лет) ] Биография: 1988-1996 (8 лет) ] Молодой Бродский ] Несчастная любовь Иосифа Бродского к Марине Басмановой ] Суд над Иосифом Бродским. Запись Фриды Вигдоровой. ] Я.Гордин. Дело Бродского ] Январский некролог 1996 г. ] Иосиф Бродский и российские читатели ] Стихотворения, поэмы, эссе Бродского в Интернете, статьи о нем и его творчестве ] Фотографии  ] Голос поэта: Иосиф Бродский читает свои стихи ] Нобелевские материалы ] Статьи о творчестве Бродского ] Другие сайты, связаннные с именем И.А.Бродского ] Обратная связь ]

Коллекция фотографий Иосифа Бродского



1 ]  ] 2 ]  ] 3 ] 4 ] 5 ] 6 ] 7 ] 8 ] 9 ] 10 ] 11 ] 12 ] 13 ] 14 ] 15 ] 15a ] 15b ] 16 ] 17 ] 18 ] 19 ] 19а ] 19б ] 19в ] 20 ] 21 ] 22 ] 22a ] 23 ] 24 ] 25 ] 25а ] 25б ] 26 ] 26a ] 27 ] 28 ] 29 ] 30 ] 31 ] 32 ] 33 ] 34 ] 35 ] 36 ] 37 ] 37а ] 38 ] 39 ] 40 ] 41 ] 42 ] 43 ] 44 ] 45 ] 46 ] 47 ] 48 ] 49 ] 50 ] 51 ] 52 ] 52а ] 53 ] 54 ] 55 ] 56 ] 57 ] 58 ] 59 ] 60 ] 61 ] 62 ] 63 ] 64 ] 65 ] 66 ] 67 ] 68 ] 69 ] 70 ] 71 ] 72 ] 73 ] 74 ] 75 ] 76 ] 77 ] 78 ] 79 ] 80 ] 81 ] 82 ] 83 ] 84 ] 85 ] 86 ] 87 ] 88 ] 89 ] 90 ] 91 ] 92 ] 93 ] 94 ] 95 ] 96 ] 97 ] 98 ] 99 ] 100 ] 101 ] 102 ] 103 ] 104 ] 105 ] 106 ] 107 ] 108 ] 109 ] 110 ] 111 ] 112 ] 113 ] 114 ] 115 ] 116 ] 117 ] 118 ] 119 ] 120 ] 121 ] 122 ] 123 ] 124 ] 125 ] 126 ] 127 ] 128 ] 129 ] 130 ] 131 ] 132 ] 133 ] 134 ] 135 ] 136 ] 137 ] 138 ] 139 ] 140 ] 141 ] 142 ] 143 ] 144 ] 145 ] 146 ] 147 ] 148 ] 149 ] 150 ] 151 ] 152 ] 153 ] 154 ] 155 ] 156 ] 157 ] 158 ] 159 ] 160 ] 161 ] 162 ] 163 ] 164 ] 165 ] 166 ] 167 ] 168 ] 169 ] 170 ] 171 ] 172 ] 173 ] 174 ] 175 ] 176 ] 177 ] 178 ] 179 ] 180 ] 181 ] 182 ] 183 ] 184 ] 185 ] 186 ] 187 ] 188 ] 189 ] 190 ] 191 ] 192 ] 193 ] 194 ] 195 ] 196 ] 197 ] 198 ] 199 ] 200 ] 201 ] 202 ] 203 ] 204 ] 205 ] 206 ] 207 ] 208 ] 209 ] 210 ] 211 ] 212 ] 213 ] 214 ] 215 ] 216 ] 217 ] 218 ] 219 ] 220 ] 221 ] 222 ] 223 ] 224 ] 225 ] 226 ] 227 ] 228 ] 229 ] 230 ] 231 ] 232 ] 233 ] 234 ] 235 ] 236 ] 237 ] 238 ] 239 ] 240 ] 241 ] 242 ] 243 ] 244 ] 245 ] 246 ] 247 ] 248 ] 249 ] 250 ] 251 ] 252 ] 253 ] 254 ] 255 ] 256 ] 257 ] 258 ] 259 ] 260 ] 261 ] 262 ] 263 ] 264 ] 265 ] 266 ] 267 ] 268 ] 269 ] 270 ] 271 ] 272 ] 273 ] 274 ] 275 ]

    

Буква "е" или буква "и"?..
В литературе о Бродском
деревенька, куда его сослали,
называется двояко: либо Норенская, либо Норинская.
В данной коллекции уже имеется его снимок
около такой же граничной вешки с надписью "Норинская".
Теперь, для полноты колекции,
помещаем снимок вешки с надписью "Норенская"
и снимок поэта около дома, в котором он снимал малую комнатку....




Фильм о неизвестном Бродском не может выйти на экраны из-за претензий наследников поэта

20.03.2007 20:34 | Российская Газета
Источник: http://www.rambler.ru/news/culture/literature/9973458.html



«Ангело-почта» Иосифа Бродского

Марина Тимашева



Марина Тимашева: В Центральном Доме Литераторов накануне годовщины со дня смерти Иосифа Бродского прошел вечер его памяти. Был показан документальный фильм режиссера Олеси Фокиной под названием «Ангело-почта». Так Бродский называл свою многолетнюю переписку с внучкой великого русского филолога-пушкиниста Бориса Томашевского Анастасией.

Рассказывает Елена Фанайлова.

 

Елена Фанайлова: Фильм Олеси Фокиной, главными героинями которого стали дочь Бориса Томашевского Зоя Борисовна, архитектор, и его внучка Анастасия, художник-декоратор, посвящается не только отношениям семьи Томашевских с Иосифом Бродским. Лента затрагивает и драматическую судьбу Томашевских, и многолетние отношения семьи с Анной Ахматовой и Святославом Рихтером.

 

Олеся Фокина: Самое трудное в работе любого документалиста -   разобраться в человеческих отношениях. Потому что, когда я думаю о том, сколько великих душ я потревожила, работая над этим фильмом, мне становится страшно.

 

Иосиф Бродский: «Бог сохраняет все. На столетие Анны Ахматовой».

 

Страницу и огонь, зерно и жернова,

секиры острие и усеченный волос -

Бог сохраняет все; особенно  - слова

прощенья и любви, как собственный свой голос.

 

В них бьется рваный пульс, в них слышен костный хруст,

и заступ в них стучит; ровны и глуховаты,

затем что жизнь – одна, они из смертных уст

звучат отчетливей, чем из надмирной ваты.

 

Великая душа, поклон через моря

за то, что их нашла, - тебе и части тленной,

что спит в родной земле, тебе благодаря

обретшей речи дар в глухонемой вселенной.

 

Олеся Фокина: Я задумала этот фильм и начинала его делать тогда, когда Зоя Борисовна была одним из героев фильма о Солженицыне, который я делала. Меня очень заинтересовала судьба этой женщины, судьба семьи Томашевских, и я стала постепенно снимать семейную сагу, взаимоотношения Томашевских с разными людьми, потому что их дом был центром, в котором находили убежище и приют многие замечательные представители русской культуры 20-го века, многие замечательные поэты. Не случайно Бродский называл их дом на канале Грибоедова «письменный стол Европы». По сей день в этом доме у Зои Борисовны хранится огромное количество семейных реликвий, документов, писем, предметов, книг, масса автографов, а самое главное – масса воспоминаний, которыми она живет и дышит. Потому что если у нее отнять этот мир, ее не станет, как она сама говорит. Поэтому она  так дорожит кабинетом отца, в котором проходили все эти замечательные вечера, и в котором они пережили блокаду, и там стоит диван, на котором спала Анна Андреевна. Вот эта история развития отношений с семьей Томашевских разных людей привела меня к тому, что начался рассказ о переписке Бродского с семьей Томашевских. Зоя Борисовна однажды рассказала, что в доме Ахматовой она познакомилась с Бродским, в тот же вечер Иосиф пришел к ним домой, после целого дня прогулки по Ленинграду, и остался у них ночевать. Так получилось, что ему негде было ночевать в тот день. Зоя Борисовна улетела в Крым к родителям и к дочке, а Бродский согласился найти себе там приют на все лето. Зоя Борисовна предложила ему ключи от квартиры, а Ирину Николаевну привело в страшный ужас и трепет, что Зоя Борисовна случайному человеку отдала ключи от квартиры. Так Бродский остался в их кабинете. За лето он перечитал все собрание сочинений Диккенса. А потом развивались их отношения, и когда он оказался в ссылке, то он стал писать им письма, которые тоже хранятся у Зои Борисовны. Она мне их показывала еще в 98-м году, и меня они просто поразили. В них Бродский предстал в совершенно неожиданном качестве. Необыкновенно ранимая трогательная душа человека, который может быть необыкновенно внимателен к ребенку, которого очень волновало, кем станет эта 5, 6, 8-летняя девочка, он давал ей советы, писал ей сказки, удивительные рисованные письма, замечательные  письма, иллюстрированные Броским. Даже непонятно - он сначала рисовал, а потом писал к ним стишки, или наоборот. Какие-то отрывки писем, я старалась  снимать фрагментарно, лишь цитировать, делала на нескольких отображениях маленькую мультипликацию, чтобы как-то оживить эти рисунки. Как правило, это все цветные рисунки.

 

Иосиф Бродский: Мне было 26 или 27 лет,  когда меня более или менее все на свете перестало интересовать, кроме того, какие сегодня облака.

 

Елена Фанайлова: Это интервью Иосифа Бродского в шведском поселке, на даче у друзей – фрагмент фильма, который снимал на непрофессиональную камеру Бенгт Янгфельдт, писатель, переводчик, друг Бродского. Олеся Фокина использовала его архив в фильме «Ангело-почта». Предваряя показ фильма, Бенгт прочел свой рассказ о том, как Бродский вернулся  на родину, в Ленинград – не в реальности, а на фотопленке, и показал через проектор, как эти фотографии выглядят.

 

Бенгт Янгфельдт: Это действительно что-то совершенно сверхъестественное. Когда он уезжал с женой, на следующий день после свадьбы, из Стокгольма на дачу своего издателя, я снимал его и свою семью. Там получилось 5-6 человек. И потом я поехал в Ленинград, в январе 91 года, на первый симпозиум Бродского. Та  же пленка осталась в фотоаппарате, и я снимал его друзей перед его домом. И я думал, что я ему пошлю, и он будет рад увидеть своих старых друзей перед его домом. И когда я получил фотографии, то оказалось, что разные фотографии  были наложены  друг на друга. И выходило, что Бродский стоит и смотрит с площади перед его домом на собственный балкон. Это было совершенно сюрреалистически. И ему страшно понравилось это, конечно. Таким образом, если он сам не  был способен на этот шаг назад, по крайней мере, «Кодак» способен это совершить.

 

Елена Фанайлова: «Кодак» и другие кинопленки продолжают совершать чудеса для зрителя. Поэт Татьяна Щербина – после просмотра фильма «Ангело-почта».

 

Татьяна Щербина: Абсолютная для меня драгоценность вот эти кадры с Бродским, чтение его писем. Я где-то все время натыкаюсь  на то, что вот, мол, теперь стало понятно, что масштаб Бродского преувеличивался… Но, мне кажется, есть просто непонимание того, что это такое. Это даже не то, что это стихи, а это что-то абсолютно утраченное - очень высокая планка, не знаю, пророческий дар.

 

Иосиф Бродский: «Почти Элегия»

 

В былые дни и я пережидал

холодный дождь под колоннадой Биржи.

И полагал, что это – Божий дар.

И, может быть, не ошибался. Был же

и я когда-то счастлив. Жил в плену

у ангелов. Ходил на вурдалаков.

Сбегавшую по лестнице одну

красавицу в парадном, как Иаков,

подстерегал.

Куда-то навсегда

ушло все это. Спряталось. Однако

смотрю в окно и, написав «куда»,

не ставлю вопросительного знака.

Теперь сентябрь. Предо мною  - сад.

Далекий гром закладывает уши.

В густой листве налившиеся груши

как мужеские признаки висят.

И только ливень в дремлющий мой ум,

как в кухню дальних родственников – скаред,

мой слух об эту пору пропускает:

не музыку еще, уже не шум.

 

Елена Фанайлова: Самый поразительный фрагмент фильма «Ангело-Почта» – это монтажная склейка, когда Бродский выглядывает из огромного окна нью-йоркского ресторана, и будто навстречу ему из окна дома ветеранов архитектуры (из контекста фильма ясно, что это, скорее, дом престарелых) смотрит художник Анастасия Томашевская, которая сейчас передвигается с трудом, некогда маленькая Настя, которая всегда танцевала сама с собой под классическую музыку.

 

Олеся Фокина: Бродский писал однажды: «Быть может, мои письма, случайно написанные, принесут тебе пользу». И, действительно, его слова оказались пророческими, потому что пришел час, когда Томашевские испытали огромные потрясения и беду. Настя горела в пожаре в тот год, когда Бродский стал лауреатом Нобелевской премии, и Зое Борисовне пришлось расстаться с этой перепиской. Это была огромная драма для них с Настей. Но, тем не менее, это дало возможность сохранить кабинет отца, не продавать квартиру, потому что они переехали в Царское Село, в дом ветеранов. И сейчас, видимо, средства, вырученные за эту переписку, помогут Насте жить, потому что Настя – человек глубоко страдающий.

 

Иосиф Бродский:

Заглянем в лицо трагедии. Увидим ее морщины,

ее горбоносый профиль, подбородок мужчины.

Услышим ее контральто с нотками чертовщины:

хриплая ария следствия громче, чем писк причины.

Здравствуй, трагедия! Давно тебя не видали.

Привет, оборотная сторона медали.

Рассмотрим подробно твои детали.

 

Олеся Фокина: Начинается фильм с рассказа Зои Борисовны Томашевской о своем дедушке, который погиб, защищая еврейское население в Житомире, в 1905 году. Вообще, почему я хотела делать этот фильм? Я  хотела, чтобы дети и внуки, которые уже знают только понаслышке, из каких-то воспоминаний, из каких-то книг о том, что такое была русская интеллигенция, о тех ценностях, которые исповедовала русская интеллигенция и законах, которые она соблюдала… Эти категории, эти понятия ушли из нашей жизни. И одной из задач моего фильма было восстановить в правах ценности, которые были главными для русской интеллигенции.  По сути дела, я не знаю, кого сегодня, из молодого поколения,  можно назвать этим словом. Но с тех пор как мы так смело расстались со всем тем, что было дорого и ценно для наших  бабушек, дедов и прадедов, мы стали варварами и очень страшно, если это безвозвратно. В начале фильма я снимаю детей, а потом в этот класс приходит Зоя Борисовна, рассказывает им истории о своей жизни. Это те самые дети, которым я адресую этот фильм, молодые люди, которым я хочу рассказать, как я понимаю, что задумывал Господь, создавая homo sapiens . Это вовсе не то двуногое, что ходит вокруг нас.

 

Елена Фанайлова: Говорила Олеся Фокина, режиссер фильма «Ангело-Почта». Самый печальный его итог – разрушение и духовных ценностей, и их материальных носителей. Дом на Канале Грибоедова, 9, где находится не только кабинет Бориса Томашевского, но и многие другие квартиры, которые должны бы стать домами-музеями, поставлен на реконструкцию.



Источник: http://www.svobodanews.ru/Transcript/2007/02/01/20070201191953067.html

Те, кто не путал свет и тьму

"Ангело-почта" - документальная картина, посвященная Иосифу Бродскому, получила спецприз фестиваля "Послание к человеку"

Анна Пясецкая

Приз "Послания" называется "За живое и яркое свидетельство жизни выдающихся деятелей культуры России". Свидетельство режиссера Олеси Фокиной посвящено Иосифу Бродскому. "Ангело-почта" - так называл Бродский свою переписку с семьей выдающегося ученого-пушкиниста Бориса Томашевского. Первая серия фильма рассказывает о нравах и законах семьи ученого. Вторая - собственно о переписке.

Кабинет Томашевского в знаменитом доме на канале Грибоедова, 9 Бродский называл "Письменный стол Европы". На кресле в этом кабинете Ахматова советовала повесить мемориальную табличку. В нем сидели Белый и Зощенко, Рихтер, Пастернак, Заболоцкий.

Повествование ведется от лица Зои Борисовны Томашевской. Именно ее экземпляр машинописи лег в основу первой в мире публикации "Реквиема" в журнале "Звезда". "Моим единственным друзьям в беде" - написала на нем Ахматова. Дочери Зои Томашевской - Насте - было восемь лет, когда в их доме впервые появился Бродский. С того времени и до конца своих дней великий поэт писал девочке письма, полные пристального внимания к ее судьбе, нежности и волшебства. И сам называл их "Ангело-почтой". Почему великий поэт выбрал в 1962-м году именно Настю, чтобы на протяжении тридцати лет приоткрывать ей тайники своей души, остается загадкой. "Быть может, случайно написанные, мои письма принесут тебе пользу. Однажды с помощью всего одного слова поэт может оказаться там, где до него никто не бывал" - предвидение Бродского оказалось пророческим.

"МН" попросили режиссера Олесю ФОКИНУ прокомментировать свою работу.

- На какую аудиторию рассчитан фильм и каков его, говоря современным языком, основной месседж?

- В самые "невегетарианские", по выражению Ахматовой, времена нация сохранила свое лицо во многом благодаря людям, для которых такие понятия, как порядочность, благородство, стыд, были жизненно важны. Те, кто назывались русскими интеллигентами, невзирая ни на что, жили по законам чести, не путая свет и тьму.

В своем фильме, рассказывая о тех, "кто посетил сей мир в его минуты роковые", - Томашевских, Ахматовой, Рихтере, Бродском, я хотела восстановить их в правах, вернуть смысл понятию "русская интеллигенция". Без нее - мы быдло, ряженые. Больше всего меня радует, что молодые люди, которые сегодня смотрят картину, это почувствовали. Я показывала фильм выпускникам накануне выпускного бала. Кто-то из них сказал: "Мы не хотим пополнять армию добровольцев в сторону ада. Мы что-нибудь придумаем!"

- Какова фестивальная судьба картины? Увидим ли мы ее на государственных телеканалах?

- Картину уже пригласили на несколько международных кинофестивалей. Сейчас я веду переговоры с телеканалом "Россия" о ее показе.

- Какие темы предполагаете в ближайшем будущем?

- Мои работы последних десяти лет: трехсерийный фильм "Избранник" об Александре Исаевиче Солженицыне, "Доктор" - о замечательном нейрохирурге с мировым именем, академике Александре Николаевиче Коновалове, "Чудеса и тайны" - о талантливом и тяжелобольном мальчике Илюше Попенове, "Ангело-почта" - дались очень трудно. Сейчас я почувствовала: надо сделать шаг в сторону, сменить "состав воздуха", ступить "в другой поток". Я начала новую картину, герой которой живет танцуя, много смеется, провоцируя окружающих на добрые дела. В то же время это очень серьезный и деятельный человек, но он играет "другую игру". Впрочем, я пока не назову его имени.

Источник: http://www.mn.ru/issue.php?2006-31-28

В Москве покажут документальный фильм о неизвестных фактах из жизни Бродского

Премьера фильма о неизвестной странице биографии Иосифа Бродского состоится сегодня в Москве. В Государственном музее Пушкина покажут документальную ленту режиссера Олеси Фокиной "Ангело-почта". Ее главная героиня – архитектор Зоя Томашевская, дочь знаменитого ученого-пушкиниста Бориса Томашевского. В петербургском доме этой семьи на канале Грибоедова в разные времена находили приют и спасение Святослав Рихтер, Анна Ахматова. Своим считал дом Томашевских и Иосиф Бродский, называя его "Письменный стол Европы". Он также нашел здесь приют и был дружен со всеми членами семьи, включая самую младшую представительницу - дочь Зои Томашевской - Настю. До конца своих дней поэт писал Насте письма, которые называл "Ангело-почтой". В одноименном фильме, рассказывающем эту историю, использованы уникальные материалы кинохроники из частных архивов США и Швеции.

Источник: http://www.rusnovosti.ru/news/?/20060517/07/15191

Tuesday, March 13th, 2007

1:34 am

В прошлом году режиссер Олеся Фокина (делала документальные фильмы о Солженицыне и еще много о ком) пригласила меня в качестве оператора на производство документального фильма о Зое Борисовне Томашевской. Зоя Борисовна – 83 года – была знакома с А.Ахматовой, Бродским, Рихтером, Шостаковичем и пр. Ее отец был очень авторитетный литературовед, собственно, он дружил с Ахматовой, она жила у них в семье. Через Ахматову Зоя Борисовна познакомилась с Бродским, когда тому было еще лет 20, и он еще не был известным.

Факт из категории нереальных. Я своими глазами видел альбом с письмами и рисунками Бродского – он писал их дочери Зои Борисовны, Насте. Насте тогда было 5 лет. Т.е., писал он ей всю жизнь, где бы не находился – в ссылке, психушке, отовсюду. Никаких, естественно, педофилических мотивов (на всякий случай уточняю! Сейчас время такое, что приходится уточнять. Говоришь «Моя подруга» - и тут же надо уточнять, что мы с ней не спим, а только дружим. Когда говоришь «Мой друг» - тем более лучше уточнить…). Просто вот такая непонятная нежность. Не могу себе представить, чтобы я писал такие письма чьей-нибудь малолетней дочери.

Две истории Зои Борисовны я записал на диктофон. Еще добавлю, что ЗБ по образованию архитектор, находится в яснейшей памяти и все, что происходило, помнит с точностью до дня, называя числа, места и прочие подробности.

1. В разговоре с Иосифом я как-то сказала, что не люблю Медного всадника. Что это – чернильница, а что люблю расстреллиевский памятник, который стоит у инженерного замка, у дворца Павла. На что он сказал:

- Ну и дура, а еще архитектор. Памятник – это не архитектура и не скульптура. Это идея, выраженная таким способом. С этой точки зрения в Ленинграде есть только два памятника настоящих. Это Медный всадник и Ленин на броневичке. Я засмеялась. Ну и не смейся, сказал Иосиф. Что такое Медный всадник? Император на вздыбленном коне! Опираясь с одной стороны на адмиралтейство, с другой на Сенат и Синод, за ним купол Исаакиевского собора и показывает он на Академию наук. И Ленин на броневичке! С одной стороны у него райком партии, с другой – Кресты, сзади, на всякий случай, Финляндский вокзал, а показывает он на Большой Дом (Ленинградское КГБ! – прим от меня).

2. В 1956 году было открытие Венской оперы, которое было разрушено во время войны, и на деньги всяких знаменитых музыкантов Венская опера была восстановлена и открыта. На это открытие приехали именитые делегаты из разных стран. И в том числе был приглашен Шостакович. Шостакович не хотел ехать, он не любил всяких таких мероприятий, но это был 56-й год, и ему безумно хотелось знать, что происходит с музыкой – до нас не доходили ни пластинки, ни ноты, ни передачи о музыке. И ему было просто интересно узнать, что происходит в мире с музыкой. Кроме того, когда надо – значит нужно, если посылают – надо ехать, а то неприятности могут быть. В общем, он поехал, но он все искал, когда гулял по Вене, какой-нибудь маленький магазинчик, чтобы незаметно почитать ноты. Он нашел такой, сел, там никого не было и он стал перебирать ноты, отбирая в отдельную стопку то, что ему казалось интересным. Но купить их все он, конечно, не мог, но он стал их читать и что-то, совсем избранное, совсем чуть-чуть, какие-то две тетрадочки он отложил, сказал, что он это покупает. Он уплатил, а ему сказали, что он, возможно, будет гулять по городу, и мы можем вам доставить, оставьте адрес гостиницы, мы Вам доставим. Он очень обрадовался, что не надо носить, и ушел. А когда вернулся, он очень поздно ночью вернулся, с венских всяких прогулок, он пришел в ужас и отчаянье, потому ему в гостинице была передана вся та пачка, которую он смотрел и за которую он не платил. Он решил, что его сейчас обвинят в воровстве, что-нибудь такое ужасное произойдет… И он едва дождался рассвета, и оправился искать этот магазин. Он его искал долго и наконец отыскал. И обнаружил на нем табличку, где было написано: - Такого-то числа здесь покупал ноты Дмитрий Шостакович.

Источник: http://omskvich.livejournal.com/ (очень советую прочесть на этом сайте "Потрясающую историю"! - АК)


Ангело-почта Иосифа Бродского
27.01.2007 16:20

«Неизвестный Бродский» – так был назван вечер памяти поэта в Центральном Доме Литераторов. Главным событием стал показ документального фильма Олеси Фокиной «Ангело-почта», в котором Бродский предстает в неожиданном для многих ракурсе. В петербургском доме известного ученого-пушкиниста Томашевского находили приют Анна Ахматова, Святослав Рихтер и многие другие. Одно время в этом открытом доме жил и поэт Иосиф Бродский. В основе фильма – воспоминания Зои Томашевской. Рассказывают «Новости культуры».

Голоса, образы и тени прошлого. В пожелтевших конвертах неизвестная страница биографии Иосифа Бродского. «Быть может, случайно написанные, мои письма принесут тебе пользу. С помощью всего одного слова однажды поэт может оказаться там, где до него никто не бывал». Эти строки Бродский адресовал внучке знаменитого пушкиниста Томашевского – восьмилетней Настеньке. Их переписка длилась тридцать 30 лет, и называл ее Бродский «Ангело-почта».

«Эти письма меня не просто удивили, они меня потрясли. Я себе представить не могла, как молодой человек, совсем юный Бродский, которого мы представляем себе жестоким и суровым достаточно человеком, даже многие считают его снобом, откуда взялось столько нежности, тепла», – рассказывает режиссер Олеся Фокина.

Бродский был дружен со всеми членами семьи Томашевских, но почему именно ребенка избрал поверенным своих душевных переживаний, почему маленькой Настеньке писал в самые тяжелые минуты своей жизни, остается загадкой. «Это очень замечательная история, страшная история о советской интеллигенции. Это история не только о Бродском, но и о семье Томашевских», – утверждает писатель, переводчик, друг Иосифа Бродского, профессор Шведского университета Бенгт Янгфельдт.

На вечере памяти поэта каждый вспоминает своего Иосифа Бродского. Для кого-то он был кочевником, осужденным никогда не возвращаться назад. Для автора фильма, документалиста Олеси Фокиной история с ангело-почтой – это возможность показать тех, кого называют русскими интеллигентами. «Делая свой фильм, я ставила целью восстановить в правах те ценности, утраченные нами, без которых мы стали варварами», – продолжает Олеся Фокина.

Бродский получил мировое признание. Жизнь Настеньки искалечил пожар. Полунищенское существование вынудило Томашевских расстаться с письмами Бродского, чтобы оплатить место в доме престарелых. Так что слова поэта о пользе ангело-почты стали в какой-то степени пророческими.

Источник: http://www.vesti24.ru/news.html?id=68512&cid=5



Источник: http://www.world-art.ru/cinema/cinema.php?id=15130

Человек из телевизора
Программа о телевидении и телепередачах с обозревателем газеты «Известия» Ириной Петровской
Гости:Ирина Петровская
Ведущие:Ксения Ларина
Суббота, 3 Февраль 2007


К. ЛАРИНА: Ну что, у нас остается три минуты до перерыва на «Новости». Может быть, мы еще успеем что-нибудь обсудить.

И. ПЕТРОВСКАЯ: Давайте.

К. ЛАРИНА: Что там у нас из событий телевизионных было?

И. ПЕТРОВСКАЯ: Ну вот для меня было такое антисобытие, потому что я ждала на этой неделе фильм под названием… О, Господи, Боже мой…

К. ЛАРИНА: Томашевского.

И. ПЕТРОВСКАЯ: Да. Ну это фильм про Бродского. Просто вот прямо в эту же самую секунду…

К. ЛАРИНА: Забыла, как называется.

И. ПЕТРОВСКАЯ: Выскочило название.

К. ЛАРИНА: И я забыла.

И. ПЕТРОВСКАЯ: Сейчас, секунду. Сейчас посмотрю и скажу. «Ангело - Почта" – вот как это называется. Это режиссер Олеся Фокина, она сделала…

К. ЛАРИНА: Он был объявлен на «Культуре», да?

И. ПЕТРОВСКАЯ: Он был объявлен во вторник и в среду. Это две части на «Культуре».

К. ЛАРИНА: Мы его анонсировали. И Майя Пешкова его анонсировала здесь, на «Эхе».

И. ПЕТРОВСКАЯ: Абсолютно точно. Потому что его до этого показывали в ЦДЛ. И, судя по отзывам, это действительно интересная работа. Вот сейчас я взяла, попросила у Олеси диск и посмотрю, и уж точно тогда скажу. Короче говоря, этот фильм посвящен переписке Иосифа Бродского с дочерью и внучкой известного пушкиниста Бориса Томашевского. Совершенно, говорят, что это была потрясающая такая переписка. Девочка – внучка Томашевского – она инвалид. И вот там возникло, в этой переписке, какое-то особое ощущение: то есть это мэтр писал маленькой девочке, а как будто там старший брат общался с младшей сестренкой. Ну и вообще эта семья, поразительная просто история этой семьи и самого Томашевского. Короче говоря, фильм сняли без всякого объяснения и поставили вместо него тоже хороший фильм, но много раз уже показанный – «Прогулки с Бродским». И действительно на экране был Бродский. И те, кто, может быть, не видели титров, может быть, решили, что это оно и есть. Как я выяснила опять же у Олеси Фокиной, в дело вмешался некий такой существующий Фонд по управлению имуществом Бродского. И этот фонд претендует на все права, в том числе на права на переписку Бродского, на письма. Хотя в данном случае здесь было цитирование этих писем. А главные героини, как я понимаю, дочь и внучка, они присутствовали просто в этом фильме и рассказывали про то, каким образом сложилась вот эта вот переписка. Тем не менее этот фонд… мне потом на мой компьютер прислали такое письмо несколько человек, деятели культуры Наталья Гутман, Юрий Ряшенцев, педагог Евгений Фридман, которые говорят о том, что этот фонд настолько управляет имуществом Иосифа Бродского, что уже становится невозможным практически даже цитирование. И многие литературоведы, которые тоже занимаются исследованием творчества Бродского, они с этим сталкиваются. И конечно, это огромная проблема. Мы уже с тобой об этом неоднократно говорили.

К.ЛАРИНА: То есть они запретили к показу?

И. ПЕТРОВСКАЯ: Они написали письмо на канал «Культура», этот фонд, где грозят «Культуре»…

К. ЛАРИНА: Судебными разборками.

И. ПЕТРОВСКАЯ: Всякими юридическими неприятностями в случае, если фильм будет показан. И «Культура», очевидно, предпочла, что называется, не связываться, не выясняя никаких юридических обстоятельств. Хотя режиссер убеждена, что как раз, с ее точки зрения, все формальности соблюдены. Но сейчас, наверное, мы прервемся, а потом в завершение этой темы я скажу, что я по этому поводу думаю.

К. ЛАРИНА: Хорошо, сейчас «Новости».

НОВОСТИ

К. ЛАРИНА: Продолжаем нашу программу. Ну давай мы закончим с судьбой… в смысле не закончим с судьбой, закончим тему судьбы фильма «Ангелы почты» Олеси Фокиной. Вот про это спрашивают тоже наши слушатели.

И. ПЕТРОВСКАЯ: Мне кажется, какая-то огромная проблема вдруг возникла, потому что, мы уже неоднократно это обсуждали, делается некое произведение, а потом вмешиваются либо родственники, либо какая-то вот структура.

К. ЛАРИНА: Ну вот с Высоцким была…

И. ПЕТРОВСКАЯ: С Высоцким была такая история, когда родственникам не понравилась в целом идеология, что называется, фильма, и они запретили использование…

К. ЛАРИНА: Его стихов.

И. ПЕТРОВСКАЯ: Его цитирование, да, стихи, песни. И осталось довольно странное впечатление от фильма про поэта и певца, артиста, в которых его как такового в этих ипостасях не было. Кстати, та же Олеся Фокина несколько лет назад делала фильм, тоже документальный, о Солженицыне. И был тоже скандал, и его тоже не сразу поставили в эфир. Поставили, потом сняли в ВГТРК. Потому что родственникам не понравилось, как документалист рассказывал о жизни, значит, величайшего из величайших. И они тоже написали письмо и, в общем, требовали эту работу не показывать.

К. ЛАРИНА: Ну тут, понимаешь, можно сколько угодно лирику обсуждать. Но на самом деле здесь важна юридическая сторона этого дела. Вот каким образом все-таки здесь можно говорить о том, кто прав, кто не прав.

И. ПЕТРОВСКАЯ: Ну я думаю, что поскольку эта история сейчас в развитии, потому что, естественно, автор и режиссер… не хочется мириться с такой ситуацией, с тем, что фильм не будет здесь показан, потому что там, по мнению этой организации, этого фонда по управлению имуществом, они, значит, сделали то, что фонду как-то вот это не нравится. Поэтому она уверяет, что…

К. ЛАРИНА: Может, они использовали какие-то тексты, которые…

И. ПЕТРОВСКАЯ: Без разрешения этой организации, насколько я понимаю.

К. ЛАРИНА: Да, да.

И. ПЕТРОВСКАЯ: Но режиссер уверяет, что, с юридической точки зрения, не подкопаться и в ближайшее время постарается все это доказать и оспорить. Другой вопрос, что, разумеется, каналы от греха подальше стараются в таких ситуациях умыть руки, сделать вид, что они вообще тут в стороне.

К. ЛАРИНА: Но их тоже можно понять.

И. ПЕТРОВСКАЯ: Их можно понять, потому что можно вляпаться в какую-то…

К. ЛАРИНА: Не знаешь, где тебя поджидает…

И. ПЕТРОВСКАЯ: В какой-то процесс…

К. ЛАРИНА: Конечно.

И. ПЕТРОВСКАЯ: Но тем не менее получается, что есть некий, даже не общенациональный, а в некоторых случаях фигуры мирового масштаба… люди, которые вписали свою невероятную страницу в мировую историю. И в результате этого некоторые из персонажей вообще могут не то чтобы исчезнуть… Исчезнуть они, конечно, не смогут. Но в результате узурпируются некоторые права вообще на их показ, на разговор о них.

К. ЛАРИНА: А с другой стороны, тут все очень избирательно, Ира. Я поэтому хочу понять все-таки, в чем суть вот таких претензий взаимных. Потому что, с одной стороны, они запрещают по каким-то причинам показ фильма «Ангело - Почта», а с другой стороны, они почему-то никак не высказываются по поводу вышедшей книги Владимира Соловьева – другого Соловьева, Владимира Соловьева – про Бродского. Совершенно альтернативный портрет, тоже можно по-разному к этому относиться, это тоже его, наверное, личное право, автора. Вот там вот Бродский предстает таким полным вообще подонком. Понимаешь?

И. ПЕТРОВСКАЯ: Я не читала книгу.

К. ЛАРИНА: Да, она вышла не так давно. Уже скандал произошел. Но она вышла, и никто по этому поводу не возникал.

И. ПЕТРОВСКАЯ: А, Владимир Соловьев – наш известный литератор и преподаватель, по-моему, в Литинституте. Он замечательный, кстати сказать, автор.

К. ЛАРИНА: Да, да, да. Вот там вот Бродский без прикрас, что называется. Я еще понимаю, что там могут и придраться. Или выходила книжка «Переписка Сергея Довлатова и Игоря Ефимова», с которой тоже был скандал, чуть ли не весь тираж изымали из магазинов уже. Издательство «Захаров» выпускало эту книгу. Тоже там вмешались правонаследники.

И. ПЕТРОВСКАЯ: Не знаю. Наверное, в каждом конкретном случае нужно на ситуацию смотреть, видимо… Конкретно, как использовано то, что, может быть, действительно находится в этом самом фонде, и права находятся. Как это использовано…

К. ЛАРИНА: Да, хорошо, запрещено цитировать – ради Бога.

И. ПЕТРОВСКАЯ: С какой степенью бережности, как это вписано в создание вообще образа главного героя. Еще раз повторяю: мне кажется, дело индивидуальное. Но есть некоторая проблема в том, что вот либо организация, либо опять же те же родственники рассматривают того или иного персонажа вот исключительно… ну действительно такой приватизированный персонаж: хотим – позволим, хотим – не позволим.

К. ЛАРИНА: Закон есть закон.

И. ПЕТРОВСКАЯ: Понравится, не понравится. Но с другой стороны, ну вот какой-нибудь возьмем, допустим, ныне живущий герой. И о нем делается фильм. И тогда что, у автора и режиссера вообще нет никакого права на самостоятельную какую-то трактовку, да?

К. ЛАРИНА: Но с другой стороны, ты же интервью подписываешь у интервьюируемого, когда ты у него берешь.

И. ПЕТРОВСКАЯ: Ну хорошо, одно дело интервью…

К. ЛАРИНА: Вот у меня вопрос: почему? Вот для меня это вопрос. Потому что когда журналист берет интервью, а потом его делает, его распечатывает, отдает на подпись автору, то есть интервьюируемому…

И. ПЕТРОВСКИЙ: В случае, если этого хочет автор.

К. ЛАРИНА: И интервьюируемый начинает редактировать сам себя. Но не с точки зрения смысла…

И. ПЕТРОВСКИЙ: Да, а поправлять ошибки.

К. ЛАРИНА: А поправлять ошибки: вот тут я не так, а вот тут я вообще хочу эту тему вычеркнуть. А почему? Ты же это сказал. Ты же отдавал себе отчет, когда ты это говорил на диктофон. Понимаешь? Вот хорошо, вот мы в прямом эфире все-таки.

И. ПЕТРОВСКАЯ: Да, согласна.

К. ЛАРИНА: А вот это для меня загадка. Почему я должна себя причесывать?

И. ПЕТРОВСКАЯ: Да, у меня бывали такие истории, когда очень хороший, с моей точки зрения, удачный материал либо портился тем, кто был интервьюируемым, либо после того, как он был прочитан, следовало указание снять его.

К. ЛАРИНА: Вот это убрать…

И. ПЕТРОВСКАЯ: Нет, вообще просто. Потому что в этот момент, вот прошло два дня, и человек, который решил пооткровенничать, передумал, чего-то изменилось, настроение изменилось. Решил, подумал: чего-то нет, может, пока еще рано высказываться. Это действительно дико обидно автору. Но тем более автору, в общем, художественного произведения. Потому что, с другой стороны, мы тоже об этом говорили, вот когда шла речь об этом сериале, где Симонов и Серова были, бывают чудовищные вещи, на потребу, что называется.

К. ЛАРИНА: Знаешь что, неважно, вот тут нельзя… Либо все, либо ничего. Потому что немножко беременной, как мы знаем, быть невозможно. Не нравится, претензии – подавайте в суд об оскорблении чести и достоинства, о клевете, об извращении фактов жизни. Масса… Поле, пожалуйста, вам предоставляется возможность подать в суд. Между прочим, как это в мире все до абсурда доходит, вот история знаменитая, что у Йоко Оно, у вдовы Джона Леннона, у нее вообще полные права не то что на него, а на его образ. То есть про него даже нельзя кино снять, вообще даже намекнуть, даже внешне. Актеру нельзя надеть круглые очки, сделать ему длинные волосы и намекнуть, что это Джон Леннон прошел по дорожке. Нет, не имеете права без ее визы, потому что у нее права на образ. Все.

И. ПЕТРОВСКАЯ: Да. Видишь, это просто уже другая практика, что называется, цивилизованного государства.

К. ЛАРИНА: Да, да, да.

И. ПЕТРОВСКАЯ: Но тем не менее еще раз повторю, не знаю даже, как точно это сформулировать, но вижу в этом определенную проблему, с которой будут даже все больше и больше… Потому что раньше мы жили все-таки в ситуации, ну, такого… Все знают, что можно судиться и так далее, но редко кто до этого доходил.

К. ЛАРИНА: А сейчас можно.

И. ПЕТРОВСКАЯ: А сейчас уже да. Сейчас масса уже возникает процессов и в связи с творческим наследием. Недавно в «Человеке и законе» как раз был большой материал по поводу того, какие баталии происходят за вот эти вот наследные права в разных-разных знаменитых семьях.

К. ЛАРИНА: Это же деньги, деньги. Ободзинского… Помнишь, по-моему, у Пиманова, да, была эта история?

И. ПЕТРОВСКАЯ: Вот у Пиманова как раз была рассказана эта история про Ободзинского. Совсем другого рода, чем то, о чем мы сейчас говорим, с этой «Ангело - Почтой». Она совсем другого рода. Но тем не менее.

К ЛАРИНА: Кто получает деньги за публикуемые песни. Да? Это другая история…

И. ПЕТРОВСКАЯ: Кому что принадлежит, какие права на образ, на творчество, я не знаю, смежные или несмежные. Вот это целая, конечно, такая наука, но…

К. ЛАРИНА: Надо по законам нам как-нибудь пройтись, посмотреть, что у нас там с авторскими правами.

И. ПЕТРОВСКАЯ: Но режиссер вот этой «Ангелы почты» Олеся Фокина, она как раз намерена в ближайшее время именно с точки зрения закона доказать, что никаких нарушений и поползновений там на то, чтобы присвоить себе что-то или сделать что-то незаконное, совершенно с ее стороны не было. Посмотрим. Потому что я повторяю, что это только-только произошло, и это первый вот на моей памяти именно с каналом «Культура» случай, когда вот так вот уже поставленную в эфир работу вдруг сняли. На других каналах бывало, а на «Культуре» такого не бывало.

Источник: http://echo.msk.ru/programs/persontv/49356/
Русский Общественный Фонд Александра Солженицына
Библиотека-фонд «Русское Зарубежье»
Киностудия «Русский путь»
КИНОКЛУБ «РУССКИЙ ПУТЬ»
видит свою задачу
во всестороннем освещении произведений киноискусства,
темой которых стали история и наиболее важные проблемы
духовного развития нашей страны
В рамках мероприятий киноклуба проводятся
показы кинофильмов, семинары, лекции по истории кино,
а также творческие встречи
Приглашаем всех желающих вступать в Киноклуб «Русский путь»
Обращаться по телефонам: (495) 915-10-30 (доб. 42-11); (916) 930-73-13
e-mail: kinoklubrp@mail.ru
Программа работы киноклуба «Русский путь» на первое полугодие 2007 г.:



28 марта – Алексей Бурыкин. «Поле Куликово. Год 2005»
«В единстве – сила, а с верой – победа», - считает Петр Вельяминов, чьи предки сражались в Куликовской битве.

4 апреля – Марина Миронова. «Рядом с тобой»
Фильм о жизни и творчестве актрисы ТЮЗа, народной артистки СССР Лидии Князевой.

11 апреля – Майрам Юсупова. «Другие русские»
Развал Советского Союза стал причиной трагедии не только могущественной державы, но и миллионов русскоязычных людей, вынужденных покинуть родные места.

25 апреля – Исрафил Сафаров. «Казак»
О жизни и творчестве выдающегося донского писателя Федора Крюкова (1870-1920).

16 мая – Олеся Фокина. «Ангело-почта»
По каким законам в самые страшные, «невегетарианские» (по выражению Ахматовой) времена жили те, кто нес высокое звание русского интеллигента? Нравы и законы семьи знаменитого ученого-пушкиниста Б.В.Томашевского, в доме которого в разные времена находили приют А.Ахматова, С.Рихтер, И.Бродский – тема фильма.



Источник: http://www.bfrz.ru/cgi-bin/news.cgi?id=29-11-2006&news=112006




Впервые призы киноклуба «Русский путь» — лучшим документалистам России
27 декабря в 19.00 в Доме «Русское Зарубежье» впервые пройдет Торжественная церемония вручения призов киноклуба «Русский путь» по итогам показов 2005-2006 гг.
В числе номинантов на новую премию 17 документалистов, работы которых были представлены в киноклубе. В их числе общепризнанные мастера авторского кинематографа России – Андрей Осипов, Вячеслав Хотулев, Борис Лизнев, Вячеслав Орехов и другие.
Победитель был определен по итогам голосования членов киноклуба. Его имя будет объявлено на церемонии. Режиссеру, получившему наибольшее количество голосов зрительского жюри, будет вручен специальный приз (авторская работа московской художницы Анны Каневской). Отдельные призы вручат также президент киноклуба «Русский путь» Сергей Зайцев и директор Библиотеки-фонда «Русское Зарубежье» Виктор Москвин.
Ведущие торжественной церемонии – режиссеры Елена Цыплакова и Сергей Зайцев.
Церемония награждения пройдет по адресу:
ул. Нижняя Радищевская, 2.
Проезд: м.Таганская, м. Марксистская.
Справки по тел.: 8-(495) 915-10-30 (доп.4211),8(916)9307313,
e-mail: tuva-online@yandex.ru,www.bfrz.ru,
координатор – Дина Оюн
О киноклубе
Киноклуб «Русский путь» был создан в структуре Библиотеки-фонда «Русское Зарубежье» в 2005 году по инициативе режиссера, лауреата премии Национальной Академии кинематографии Сергея Зайцева. В состав Попечительского Совета киноклуба, возглавляемого президентом Национальной Академии кинематографии «Золотой орел» Владимиром Наумовым, входят: председатель Гильдии актеров кино Борис Галкин, председатель Мосгордумы Владимир Платонов, народный артист России Василий Ливанов, композитор Евгений Дога, писатель Валентин Распутин.
Открытие киноклуба «Русский путь» 16 ноября 2005 года показом фильма «Погибли за Францию», посвященного судьбам участников Русского Экспедиционного корпуса (1916-1918 гг.), стало знаковым событием в культурной жизни Москвы. В Доме «Русское Зарубежье» впервые в истории России встретились три поколения потомков Русского Экспедиционного корпуса.
Заданная первым показом программная политика киноклуба связана с малоизвестными страницами истории России, судьбами соотечественников за рубежом, проблемами духовного развития страны. В рамках киноклуба проводятся показы лучших образцов авторского кинематографа, семинары, встречи с авторами фильмов, творческие вечера выдающихся деятелей культуры.

Режиссеры-номинанты на призы киноклуба «Русский путь» (2005-2006 гг):
Ольга Дыховичная. «Мария Бочкарёва. Зовущая на смерть». История о том, как безграмотная крестьянка Мария Бочкарева становится легендой Первой Мировой войны.
Сергей Роженцев. «Миротворцы», «Живи и веруй». Фильмы о миротворческой роли Русской Православной церкви и ее служителей в военных конфликтах на Кавказе.
Александр Шихов, Акмади Сарбасов. «На сопках Маньчжурии». Фильм рассказывает о русско-японской войне 1904 — 1905 гг., ее причинах, характере и последствиях.
Алексей Малечкин, Сергей Линников. «И дольше века длится бой…» В хронологические рамки этого фильма вмещается целое столетие военной истории нашего государства (7 войн XX века).
Борис Криницын. «Трагедия, которую мы не видели». Фильм охватывает события революции и Гражданской войны. Картина выполнена в эстетике немого кино – в ней нет авторского текста, поясняющего изображение.
Валерий Удовыдченков. «Мозг армии». Фильм рассказывает о легендарном маршале Советского Союза Б.М.Шапошникове.
Юрий Лурье. «Русский маскарад». Фильм посвящен жизни и творчеству знаменитых русских художников-авангардистов начала XX века – Наталии Гончаровой и Михаила Ларионова.
Али Хамраев «Жить, жить – любить…». Фильм о том, как Узбекистан во время войны принял группу русской интеллигенции: поэтов А.Ахматову, В.Луговского, писателей А.Толстого, К.Чуковского, Н.Погодина, артистов, художников.
Александр Андреев. «Вопросы к Богу». Фильм о «тихих героях» — немцах, которые в эпоху нацизма, рискуя жизнью, спасали в Германии обреченных на смерть евреев.
Мария Семенцова. «Великое примирение отца Тимофея». Фильм об уникальной судьбе стодесятилетнего русского старца Тимофея Прохорова, волею судьбы оказавшегося в центре послевоенной Европы, в столице Баварии – Мюнхене.
Татьяна Карпова. «Видимое и сокровенное». Фильм стал своеобразным свидетельством кинематографа о жизни церкви и государства в их трагическом разобщении.
Николай Ряполов. «Музыка и душа». Фильм знакомит зрителей с размышлениями крупнейшего композитора нашего времени Георгия Свиридова
Вячеслав Хотулёв. «Заступник». Фильм о трагической судьбе патриарха Тихона.
Пётр Степин. «Правило Веры». Фильм рассказывает о знаменитой доярке, Герое Социалистического Труда Вере Рыбачёк.
Борис Лизнев. «Вёшки над рекой». Фильм о талантливых людях русской провинции, для которых понятия честь и достоинство не потеряли своего значения.
Андрей Осипов. «Et cetera…». Размышление о психологии войны на примере военных конфликтов, в которых участвовала Россия в XX веке.
Вячеслав Орехов. «Выхожу один я на дорогу». Преуспевающий театральный режиссер на пике карьеры уходит в глухую деревню крестьянствовать, пересматривая свою жизнь. «Мастер». Деревенский мастер прошел через 17 лет тюрьмы, но остался светлым и добрым человеком. «Жизнь прекрасна!» Фильм о виртуозе-балалаечнике Михаиле Рожкове.

Программа показов в киноклубе «Русский путь» в первом полугодии 2007 года:
17 января – Игорь Черницкий. Творческий вечер режиссера. Показ отрывков из сериала «Юнкера».
31 января – Тофик Шахвердиев. «Марш Победы».
14 февраля – Марина Миронова. «Рядом с тобой».
28 февраля – Наталья Гугуева. «Форсаж»
14 марта – Наталья Гугуева. «Тимур. История последнего полета»
28 марта – Алексей Бурыкин. «Поле Куликово».
11 апреля – Майрам Юсупова. «Другие русские»
25 апреля – Вадим Цаликов. «Граждане Беслана».
12 мая – Творческий вечер, посвященный юбилею композитора Евгения Доги. Фильм Анны Панковой «Имя твое».
16 мая – Олеся Фокина. «Ангело-почта».
30 мая – Анастасия Сарайчева. «Розы для сеньоры Раисы».
6 июня – Пётр Степин. «Тайна Тихвинской иконы Божией Матери».


Источник: http://www.rusiskusstvo.ru/news/a1551/

Вчера уломала маму пойти в ЦДЛ на вечер памяти Иосифа Бродского. Так понравилось! Очень потряс фильм Олеси Фокиной "Ангело-почта", особенно 2 часть. Здорово!!! Очень трогательная история про дружбу Бродского с Настей Томашевской, внучкой известного учёного. Настолько эта дружба показана искренней, честной, откровенной, что просто нет слов. А какие он писал ей письма! Во мне отпечаталась фраза из одного письма: "Всё в мире случайно. Случайно мы встретились, случайно я сейчас далеко от тебя, случайно сел писать письмо... Так пусть написнное случайно принесёт тебе пользу". И эти письма действительно принесли пользу. А какой у Бродского был уникальный гипнотический голос! Если у кого будет в озможность, обязательно послушайте, не пожалеете!)))
Источник: http://www.liveinternet.ru/users/nayzze/



На фоне Бродского

Разговор о поэте требует чувства вкуса
Юлия Кантор
Дата публикации 2 декабря 2006 г.

Биографии Бродского не существует. Сам поэт был категорически против ее создания. И даже наложил 50-летний запрет на изучение личных документов и материалов, хранящихся ныне в Российской национальной библиотеке.

Потому исследовательница творчества Бродского, почетный профессор Килского университета (Великобритания) Валентина Полухина решила пойти другим путем - опроса современников Бродского, его коллег и друзей. Издательство журнала "Звезда" выпустило объемистый двухтомник этих "восприятий".

Свое выступление на презентации двухтомника "Бродский глазами современников" Валентина Полухина начала так: "Когда я впервые увидела Иосифа, я села на пол у его ног. Он хотел подать мне стул, но я сказала, что настаиваю на праве сидеть у его ног".

Предположить, что каждый из интервьюируемых когда-либо соберется написать статью или эссе о поэте, по меньшей мере наивно - в этом смысле труд Полухиной заслуживает огромной благодарности. Жанр интервью, связанных с личностью поэта, а не только с его творчеством, обязывает к чувству такта, исключающего оценочные "шероховатости". Первый том собирался из интервью, сделанных еще при жизни Бродского. Второй - после его смерти. Оба этих обстоятельства априори обязывали собеседников к политкорректности. Потому и разговор получился односторонним, способствующим сакрализации личности поэта. Может, потому он сам был против биографии. Разговор о Бродском требует чувства вкуса. Вкус двухтомника несколько приторный.

В соответствии с задачей исследования автор задавала собеседникам одну и ту же группу вопросов (помимо них, разумеется, есть в интервью и не повторяющиеся, возникшие по ходу беседы). Один из них: "Скажите, когда вы лично начали усматривать в Бродском черты гениальности?" Возникает ощущение некого состязания, соревнования в проницательности. Есть и вопросы, не повторяющиеся, но, казалось бы, не требующие ответа. Цитирую: "Бродский считает вас одним из лучших поэтов, пишущих сегодня по-русски. Вы с ним согласны?" Однако ответ находится, и довольно пространный, в котором чувствуются одновременно и неловкость, и легкое кокетство.

Интервью, слава богу, брались не для газеты, потому желания вписываться в какой-либо ограниченный "строкаж" у Валентины Полухиной ни в процессе бесед, ни в период их обработки и подготовки к публикации не было. Что сыграло неоднозначную роль: тексты получились неоправданно многословными. Создается впечатление, что в с сборнике интервью опубликовано то, что на журналистском жаргоне принято называть "исходниками", - сырые расшифровки диктофонной пленки. С какой целью - неясно. Какую смысловую нагрузку, например, несет финал интервью "Устали, Белла? - Нет, не устала. Но нам надо собираться. - Хорошо, хорошо. Большое спасибо".

Вербальные пустоты загромождают текст, мешая воспринимать действительно серьезные размышления о ритме и синтаксисе стиха Бродского, о его метафизике. Эти размышления разбросаны по такни интервью несколько беспорядочно. Некоторые собеседники Полухиной самодостаточны: Яков Гордин, Петр Вайль, Чеслав Милош, Томас Венцлова... Им не мешают вопросы. Читать их тексты очень интересно - благодаря им книга обретает смысловую наполненность. Удача сборника уже в том, что под одной обложкой собралось большое количество имен, составлявших круг Бродского.
Опубликовано в "Российской газете" (Федеральный выпуск) N4238 от 2 декабря 2006 г.


Источник: http://rg.ru/2006/12/02/brodskij.html

Бродский в "ЖЗЛ"

В старейшей биографической серии вышла книга о поэте
Павел Басинский
Дата публикации 13 сентября 2006 г.


В недавней рецензии на роман об Иосифе Бродском Владимира Соловьева мы уже предупреждали, что книги о поэте будут расти как грибы. Но "литературная биография" Бродского, написанная русским поэтом и критиком, живущим в Нью-Йорке, Львом Лосевым, -это явление иного порядка.

Здесь сошлись три вещи: престиж и традиции серии "ЖЗЛ", имя Бродского и имя автора книги. Сошлись в неожиданном, но идеальном порядке.

Ничего удивительного нет в том, что Лев Лосев, один из самых близких друзей поэта в период эмиграции, написал о нем книгу. Лосевым уже написано множество комментариев к стихам Бродского, он знает его жизнь не понаслышке и как свидетель, и от самого героя книги. Наконец, Лев Лосев - сам блестящий поэт и не менее блестящий эссеист, который своим критическим стилем (в том числе, как ни странно, и в стихах) напоминает о лучших традициях русской эмигрантской литературы.

Ничего нет удивительного и в том, что серия "Жизнь замечательных людей" решила опубликовать книгу о Бродском, то есть ввести неуютного поэта в синклит "замечательных", куда в последнее время попадают лица весьма широкого диапазона - от Владимира Ленина до Джона Леннона. "ЖЗЛ" и выпускающее серию издательство "Молодая гвардия" сделали принципиальную ставку на самое масштабное развитие серии, которой уже, страшно сказать, более 100 лет, если отсчитывать ее начало от издателя Павленкова, а не от Максима Горького, возобновившего серию после революции. И это правильно, потому что издатели сегодня должны быть "крутыми", искать неожиданные ходы на книжном рынке и решаться на смелые поступки.

Удивительно, собственно, только то, что формат старой серии выдержал имена Бродского и Лосева. Причем выдержал легко, без напряжения. Книга Лосева вошла в нее как по маслу. При том, что книга довольно необычная.

Во-первых, Лев Лосев с первых страниц объявляет Бродского гением. Зачем? Кто считает его гением, тот и считает, а кто не считает, того не переубедишь. Но для Лосева этот ход важный и, видимо, главный для всей книги. Объявив Бродского гением, он спокойно пишет его "литературную биографию", не отвлекаясь на биографические мелочи, вроде ленинградских интриг или нью-йоркских склок. Даже о любви-ревности Бродского к художнице Марине Басмановой и страшном "любовном треугольнике" с ленинградским бывшим другом поэта Дмитрием Бобышевым Лосев пишет сухо и скупо, уделяя гораздо больше места судебному процессу над Бродским и его жизни в ссылке на севере России.

Другое дело, что Лосев есть Лосев, и те, кто читал его прежде, знают, насколько он способен быть провокативен. Само понимание Лосевым слова "гений" спорно. "Оно, - пишет Лосев, - имеет вполне конкретное значение, связанное с однокоренным словом "генетика". Усиленная по сравнению с нормой витальность благодаря редкой комбинации генетического материала проявляется во всем - в глубине переживаний, силе воображения, харизматичности и даже физиологически, в ускорении процессов взросления и старения".

И даже причину ранней (сравнительно) смерти Бродского он обозначает весьма точно и просто, чтобы сомнений не оставалось. "...Пил Бродский, по крайней мере, по меркам соотечественников, умеренно, но злоупотреблял крепким кофе и, что было особенно пагубно, много курил. На мой вопрос, можно ли назвать одну главную причину смерти Бродского, лечивший его известный нью-йоркский кардиолог, не задумываясь, ответил: "Курение".

Опубликовано в "Российской газете" (Федеральный выпуск) N4169 от 13 сентября 2006 г.

Источник: http://rg.ru/2006/09/13/brodskii.html


Смотрите телевизор
29 января - 4 февраля
Ирина Петровская

В цикле "Современники века" — документальный фильм режиссера Олеси Фокиной "Ангело-почта" ("Культура", 30—31 января, 22.05). "Ангело-почтой" называл свою переписку с семьей выдающегося ученого-пушкиниста Бориса Томашевского поэт Иосиф Бродский.

Источник: http://www.izvestia.ru/tvnotice/article3100554/

Газета "Культура"

"Ангело-почтой" сам Бродский называл свою переписку с внучкой человека, за письменным столом которого, в старой питерской квартире на канале Грибоедова, проводил немало часов. Знаменитый этот стол он позднее назовет "письменным столом Европы". Кто только не находил здесь приют - Ахматова, Рихтер, сам Бродский. А Томашевские называли эти письма остановкой в пустыне. Девочке Насте Бродский писал из эмиграции, из Нью-Йорка, а до того из Архангельской области, где отбывал ссылку за тунеядство. Длилась переписка 30 лет, начавшись, когда Насте было восемь, а Бродскому - двадцать два года. Бродский не только писал, но и рисовал в своих посланиях, так что ангело-почта получилась веселой. Девочка выросла, жизнь сложилась трагично. Пожар в доме сделал ее инвалидом в тот самый год, когда Бродский получил Нобелевскую премию. И чтобы как-то обеспечить себе безбедное существование, платить за квартиру, Настя вынуждена была продать ту единственную ценность, что у нее была, - эту самую ангельскую почту. Когда-то Бродский писал о том, что, быть может, его письма принесут ей пользу. Как в воду глядел. Теперь та почта в США, в архиве жены Бродского. Ну а Настя Томашевская живет в Доме ветеранов. Кабинет ее отца не удалось превратить в музей - дом разорен. Можно делать обобщение, распространяя вышесказанное на всю область культуры. Фильму Олеси Фокиной жюри также вручило свой приз.

Источник: http://www.kultura-portal.ru/tree_new/cultpaper/article.jsp?number=700&rubric_id=200&crubric_id=1000457&pub_id=822318

В Москве покажут документальный фильм о неизвестных фактах из жизни Бродского

Премьера фильма о неизвестной странице биографии Иосифа Бродского состоится сегодня в Москве. В Государственном музее Пушкина покажут документальную ленту режиссера Олеси Фокиной "Ангело-почта". Ее главная героиня – архитектор Зоя Томашевская, дочь знаменитого ученого-пушкиниста Бориса Томашевского. В петербургском доме этой семьи на канале Грибоедова в разные времена находили приют и спасение Святослав Рихтер, Анна Ахматова. Своим считал дом Томашевских и Иосиф Бродский, называя его "Письменный стол Европы". Он также нашел здесь приют и был дружен со всеми членами семьи, включая самую младшую представительницу - дочь Зои Томашевской - Настю. До конца своих дней поэт писал Насте письма, которые называл "Ангело-почтой". В одноименном фильме, рассказывающем эту историю, использованы уникальные материалы кинохроники из частных архивов США и Швеции.

Источник: http://www.rusnovosti.ru/news/?/20060517/07/15191

Кинобудка
Нельзя ронять зрителя: поднять не получится
В Гатчине завершился 13-й российский фестиваль «Кино и литература»

Фильм Олеси Фокиной «Ангело-почта…» — вторая часть дилогии об Иосифе Бродском. Ангело-почтой Бродский называл свою почти тридцатилетнюю переписку с внучкой великого русского филолога-пушкиниста Бориса Томашевского Анастасией.

Картина о том, что культура в нашей жизни уже превратилась в уходящую натуру. Подобно памятникам Гатчины, руинизируется на наших глазах. Как квартира выдающегося пушкиниста Бориса Викторовича Томашевского на канале Грибоедова, 9, где находили приют Ахматова, Рихтер, Бродский.

Теперь дом, который Бродский называл «письменным столом Европы», может исчезнуть. Трагедия буквально по Бродскому: «Привет, оборотная сторона медали. / Рассмотрим подробно твои детали».

P.S. В 1900 году на Международном европейском конкурсе Гатчина завоевала первое место как город-музей под открытым небом, умеющий беречь и чтить свои памятники… Кажется, подобное называют «иронией истории».

Лариса Малюкова
обозреватель «Новой»
05.03.2007
Источник: http://www.novayagazeta.ru/data/2007/16/44.html


РОССИЙСКИЙ КИНОФЕСТИВАЛЬ «ЛИТЕРАТУРА И КИНО»

Пресс-релизы и сообщения
03.03.2007
ДИПЛОМЫ И ПРИЗЫ КИНОФЕСТИВАЛЯ


2.8. Приз жюри присудить Олесе Фокиной, режиссеру фильма «Ангело - почта. Остановка в пустыне»
Формулировка: «За рассказ о неизвестных страницах жизни поэта Иосифа Бродского и убедительный синтез речевого, изобразительного, музыкального начал»
Приз: «Кукла», авторская работа художника Д.Химача
Учрежден: администрацией МО «Город Гатчина»


Источник: http://www.gatchina.biz/list/fest?pos=1&strpos=2
Литературные новости

[2006-08-21] Бродский и Томашевский: ангело-почта

Приз фестиваля называется "За живое и яркое свидетельство жизни выдающихся деятелей культуры России". Свидетельство Олеси Фокиной посвящено Иосифу Бродскому.

Бродский долгие годы переписывался с семьей выдающегося пушкиниста Томашевского. Первая серия посвящена истории самой этой семьи. Вторая подробно рассказывает о дружбе дочери Зои Томашевской - Насти и молодого Иосифа. Когда тот появился в доме Томашевских впервые, девочке было восемь лет. С того времени и до с самой смерти поэт писал девочке письма, полные мудрости и внимания к ее личности...

Картина уже стала "гостем" нескольких кинофестивалях, а сейчас идут переговоры о ее показе на телеканале "Россия".

В интервью газете "Московские новости" Олеся Фокина сказала, что основная цель картины для нее - "вернуть смысл понятию "русская интеллигенция".


Источник: http://www.poezia.ru/newsline2.php?sid=587

Фотограф-любитель
неужелиянастоящийидействительносмертьпридет
10:42
21/3/2007
avvas "Российская газета"
"Ангело-почта" или приглашение на суд
Фильм о неизвестном Бродском не может выйти на экраны из-за претензий наследников поэта
http://www.rg.ru/2007/03/21/brodskij.html

"В программе телеканала "Культура" стоял документальный фильм "Ангело-почта", рассказывающий о судьбе семьи выдающегося русского ученого-пушкиниста Бориса Томашевского и дружбе его потомков с Анной Ахматовой, Святославом Рихтером и Иосифом Бродским.

За день до телепремьеры фильм был снят с эфира: руководство телеканала и автор картины Олеся Фокина получили извещение, в котором сообщалось, что в связи с использованием в фильме архивных материалов (рисунков, писем, записей исполнений Иосифа Бродского) Анн Шеллберг, распоряжающаяся имущественными авторскими правами Бродского, категорически против демонстрации.

Сей факт можно было бы расценивать как частный случай из биографий Анн Шеллберг (десять лет служившей у Бродского литературным секретарем, а ныне являющейся исполнителем фонда его наследственного имущества) и талантливого режиссера-документалиста Олеси Фокиной, чьи работы получали заслуженное признание и награды на многих российских и международных кинофестивалях. Если бы прецедент не вскрывал общую проблему, сложившуюся в России вокруг не только писем, но и самого имени Бродского. И не только Бродского.

Прежде чем обсуждать ситуацию, в "Российской газете" состоялся закрытый некоммерческий показ "запрещенной" "Ангело-почты". Перед ним автор картины получил внушительный, подробный, но ничем не мотивированный покадровый список претензий, в котором Олесе Фокиной предлагалось исключить сорок семь (!) фрагментов фильма и отказаться от идеи показа картины до выплаты вознаграждения правообладателям. В противном случае ее ждало приглашение в суд и возможный штраф - до 5 000 000 рублей.

Какова может быть развязка истории? К чему обязывают новые авторские права, не так давно узаконенные в России? Каковы они - права автора, права наследника, права героя? Какие этические нормы регламентируют поведение первых, вторых и третьих? И существуют ли писаные правила поведения наследников великих людей и поклонников их творчества? Эти и другие вопросы на совете экспертов "Российской газеты" обсуждают: режиссер-документалист, автор фильма "Ангело-почта" Олеся Фокина; писатель, зав. кафедрой творчества Литинститута им. Горького, вице-президент авторского совета Российского авторского общества Сергей Есин; президент Фонда защиты гласности, режиссер, сценарист, автор документальных фильмов Алексей Симонов и юрист Виктор Осипов, занимающийся авторскими правами..."

------------
* я видел этот фильм на Гатчинском кинофестивале, сильные впечатления ) - А.В.
Метки: "Российская газета", Иосиф Бродский, Олеся Фокина, авторское право



Источник: http://avvas.livejournal.com/tag/%D0%9E%D0%BB%D0%B5%D1%81%D1%8F+%D0%A4%D0%BE%D0%BA%D0%B8%D0%BD%D0%B0



Олеся Фокина. «Ангело-почта» (спасибо, bukvoyeditsa). [Mar. 13th, 2007|04:10 pm]

Очень ненавязчивый, негромкий, очень интимный фильм.
О Бродском и не о Бродском, даже, наверно, не очень-то о Бродском.
Зоя Борисовна Томашевская – дочка знаменитого директора Пушкинского дома, умершего в пятидесятые, – рассказывает – благородная старуха сидит за чайным столом в огромной комнате с книгами по стенам и говорит, что в жизни была счастлива – со сколькими прекрасными людьми общалась, идёт по улице, с трудом поднимается по лестнице, – рассказы-разговоры перемежаются старинными фотографиями, документальными кадрами – блокада, 30-ые годы...
Потом, ближе к середине фильма, всё чаще появляется её дочка Настя – почти всё время молчит, тихо отвечает на вопросы. Ходит совсем по-старчески, и лицо потухшее – Настя осталась инвалидом после пожара.
Зима, ёлка в эркере. Я с изумлением увидела на ёлке наши игрушки – белый шарик в золотых звёздочках, зелёно-розовую сосульку.
Потом мельком Настя сказала, трогая их пальцем, – многие привёз Бертран. Я не поняла, кто это, может, отвлеклась и не уследила, но – понятно, почему у нас одинаковые игрушки...
Зоя Борисовна рассказывает про маму, про папу, с придыханием про Ахматову, про то, как бежала к ней по первому зову– помочь, принести, посидеть, потому что папа ей в детстве объяснил, что если Ахматова о чём-то попросит, – исполнять тут же.
На меня, как всегда, когда я слышу или читаю рассказы о трогательной ахматовской беспомощности, накатывает злость – ей бы, как Цветаевой, рыбу на кухне жарить, да копейки считать, а то – «Анна Андреевна не умела пользоваться лифтом».
Рихтер, не любивший гостиниц, на всех ленинградских гастолях у Томашевских останавливался, и однажды пришёл домой босиком, потому что по дороге развалился под дождём старый башмак. И целая история с новыми жёлтыми ботинками, посланными в подарок Рихтеру в Москву.
Красивая старуха идёт, опираясь на палку, по Летнему саду, рассказывает, что она архитектор по интерьеру, и что это очень эфемерная профессия, – дома переделывают, интерьеры не сохраняются, и лучшая её работа – интерьер литературного кафе – кондитерской Вольфа, откуда Пушкин уехал на дуэль, больше не существует – теперь на месте кондитерской Вольфа Пицца Хат.
С Бродским Томашевская познакомилась у Ахматовой, привела его чай пить, и, увидев, с какой тоской Бродский, у которого не было своего угла, смотрит на комнату с книгами, пригласила его пожить в их громадной квартире, пока они будут в Крыму.
Бродский подружился с девятилетней девочкой Настей, стал писать ей письма, а на полях рисовать картинки. Нежные письма ребёнку от очень одинокого взрослого.
Совершенно серьёзные письма, и очень открытые, беззащитные, таких обнажённых писем взрослым друзьям не пишут. И письма, которые детям пишут родители совсем не такие, потому что при любых самых близких отношениях у родителей ещё и родительская роль.
Эту переписку Томашевские называли ангело-почтой. И продали её в архив Бродского, чтобы иметь возможность платить за огромную профессорскую квартиру, чтоб сохранить отцовский кабинет.
Продали и переехали в Пушкин в дом ветеранов-архитекторов – маленькая комнатка, недожаренные котлеты, кончающаяся жизнь.
Кабинет Томашевского всё равно разрушат, потому что выселяют всех жильцов из этого дома на канале Грибоедова, дом переделают, откроют там рестораны, дискотеку.
Сейчас из сохранившихся старых питерских квартир очень часто выезжают жившие там поколениями семьи, в хорошем случае, продав квартиру за приличные деньги, в худшем, отдавая за менее приличные. Дома эти – золотое дно – магазины, развлекательные заведения.
Вроде бы, всё тривиально, тысячу раз сказано, и совсем не интересно ругать общество потребления, и очень легко сказать, что всю жизнь людям казалось, что прошёл золотой век, а они живут в веке алюминиевом, но ведь не назовёшь прошедшее время золотым ни с какой точки зрения...
Кажется, что идёт перелопачивание всей системы ценностей, весь двадцатый век с жаждой свободы и разрушениями, с научными открытиями и ощущением порога уходит, уступая место ценностям потребительским, и в России это чувствуется куда сильней, чем вне её.
Невероятно грустный фильм. О конце эпохи, и я соглашаюсь с тарзаниссимо, что «Мы и живём после нашей эры!».
И в очередной раз я думаю, что ругать интеллигенцию – это не меньшее общее место, чем ругать общество потребления, – так легко её обвинять в самом разном – хоть в революции семнадцатого года, хоть в том, что Путин у власти.
И по сути – интеллигенция в прежнем понимании уходит, сменяется образованным классом, и до слёз жалко...
И этих питерских и московских квартир, и этих людей.
Нет, люди есть, есть среди них и совсем молодые, нету – общественной роли, нет социальной силы.
И как ни раздражала склонность интеллигенции вопринимать себя, как элиту и законодательницу представлений о том, что хорошо и что плохо, без этого – ещё хуже...


Источник: http://mbla.livejournal.com/


bukvoyeditsa
2007-03-14 09:10 am UTC
На меня, как всегда, когда я слышу или читаю рассказы о трогательной ахматовской беспомощности, накатывает злость – ей бы, как Цветаевой, рыбу на кухне жарить, да копейки считать, а то – «Анна Андреевна не умела пользоваться лифтом».
У нас в России любить умеют только мёртвых, это стало уже общим местом. А Б.Томашевский умел любить живых гениев, и его семья продолжала это делать, пока были силы. Любить - то есть создавать им человеческие условия, помогать и оберегать. Таких гениев в фильме упомянуто трое: Ахматова, Рихтер и Бродский.
Жили бы себе дома или в гостинице, покупали себе сами ботинки и кипятили чайники, как все люди. Чай, не графья!
А для Томашевских это были люди особенные и помогать им они считали своим долгом и даже предназначением.
Ахматовой, конечно, повезло, что на её жизненном пути встретились такие люди, и не только Томашевские, не только Лидия Чуковская, ещё и семья Ардовых и другие…
Но попрекать её этим?!

«До чего ж мы гордимся, сволочи, что он умер в своей постели!»
ra_net_ka
2007-03-14 10:10 am UTC
До слез жалко... Еще грустно оттого, что следующее за нами поколение настолько захвачено суетой нынешней жизни, что не чувствует эту потерю.
Я видела Бродского один раз, в Athens, GA, он там читал лекцию. После лекции, когда пили кофе, я спросила его, правда ли, что он дал зарок никогда не приезжать в Россию. Он ответил:"Да нет же, почему... Когда-нибудь, не сейчас, сейчас у меня дочь и ей 15 месяцев..."




From: sentjao
2007-03-16 08:58 pm
Бродского очень люблю, сознавая его слабости. Но мне кажется, что нелюбовь к Бродскому и любовь к москвичам -- это в какой-то мере отголосок противостояния двух столиц. Кроме того, действительно ведь Бродский заслонил горизонт, я думаю, что еще недавно перед следующим после Бродского поколением стояла реальная задача преодоления Бродского. Ну, и, кроме того, действительно ведь есть две основные линии в русской поэзии. Одна идет от символистов и акмеистов, "прививающая классическую розу", а другая от футуристов и обэриутов.
К этому прибавить лавры уже ставшие просто бронзовыми, всех этих бардов, поющих под гитару про нынче ветренно и волны с перехлестом, политиков, цитирующих Бродского с телеэкранов, стихи.ру, все эти биографии, воспоминания современников, фильмы, и тот факт, что Бродский никогда не упоминал о Сосноре или Аронзоне, зато уверял, что Евгений Рейн -- хороший поэт, а Александр Кушнер -- более велик, чем сам Бродский...И слабые строки в его лучших стихах, и неправильные ударения, и употребление формы "суть" вместо "есть". А ниспровергание авторитетов почитается многими за оригинальность мысли, вот, сказал: "Я не люблю Бродского" -- и, вроде бы, уже на тебя смотрят с интересом, что ты такое еще скажешь?
Все равно Бродский уже занял свое место классика и его треножник поколебать уже никто не сможет. Даже те, кто исповедуют нелюбовь к Бродскому, знают его стихи наизусть, и, не почитая, читают его.


From: igor_sid
2007-03-17 08:47 pm
Обожаю Бродского. Он по-прежнему самый любимый мой поэт наряду с Ваней Ждановым. Хотя первый умер, а второй ведёт себя в миру очень плохо.
Я про другое, но тоже волшебное.
Последнюю версию ворда Майкрософт, видимо, подправил, но до последних лет орфографический редактор выделял в тексте фамилию "Бродский" красным подчёркиванием и предлагал на замену три правильных варианта:
броский
уродский
юродский
From: olgamarc
2007-03-18 03:17 pm

Не только в метрополии...
В алма-атинской прессе года два назад появилась статья Ольги Шиленко (ныне гл.редактора журнала «Простор», старейшего на русском языке в Казахстане). В статье нелюбовь к Бродскому объяснена просто: рассудочная, неэмоциональная, бесчувственная поэзия, любить которую могут только биороботы.
Возвращение русской поэзии к максимально насыщенной философской рефлексии понравилось не всем.
Бродский – поэт, изменивший поэтический язык, начавший новый этап в развитии поэтической речи. Не любить можно, не считаться невозможно – уже история.


Источник: http://borkhers.livejournal.com/136651.html?page=2#comments
Борис Херсонский
Не быть как Бродский-6 [Mar. 23rd, 2007|11:51 pm]
Наиболее естественная реакция на присутствие в поэзии титанической фигуры, на мой взгляд, это - принятие. Принятие простого факта, что этот человек существовал в мире, и его душа в заветной лире пережила свой прах и, по всей вероятноти, убежит тленья. Собственно, если принять слово "убежит" в его современном значении, можно отшутиться: и бежать-то не надо и некуда: из пространства русской поэзии ВЫХОДА НЕТ.
Принятие не менее непреложного факта, что пространство русской поэзии изменилось после Бродского, как изменилось в свое время после Мандельштама и Цветаевой (но не изменилось после Георгия Иванова, например, хоть Иванов и прекрасный поэт). Бродский декларировал, как известно, что поэт это орудие языка. То есть язык диктует поэту свои жесткие условия. Мнение Бродского зафиксировано в одной из психолингвистических теорий: лингвистический детерминизм в его жестком варианте. Поэт издалека заводит речь, поэта делеко заводит речь...
Декларация разошлась с жизнью. Бродский не шел за языком, или шел, попутно меняя его. Эта модификация поэтической речи была куда более щадящей, чем ломка речи в стихах неокубофутуристов, первого и второго авангарда. Но, пожалуй, именно в "щадящей" модификации и была некоторая ловушка. Шаг вперед, и ты уже пользуешься модифицированным языком. Думаю, отсюда и антисемитские разговоры о том, что язык Бродского это новый идиш. Так может говорить только тот, кто никогда идиша слыхом не слыхивал. Страх перед языком Бродского сродни страху перед генетически модифицированными продуктами. В этом языке чудится, мерещится некторая искусственность, реформа.
На самом деле это была эволюция русской речи. Не единственрная ветвь, но очень мощная.
Так и тянет - срубить.
Да, принятие вещь нелегкая. Но второй путь - писать так, как будто бы Бродского не было на белом свете, вещь практически невозможная. Есть по сути два выхода: писать в эстетике девятнадцатого столетия в ее худших образцах, либо ударить по языку кувалдой. Марианна Гейде как-то сказала, что задача поэта - модификация речи. Декларация, по смыслу противоположная призыву "следовать за языком". Но если И.Б., декларируя одно, добился другого,то "умышленная", системная модификация поэтического языка может иметь непредсказуемые последствия.
Эта непредсказуемость уже есть сегодня "наше драгоценное достояние". Наше всё. Ну, почти всё.
И, наконец, третий путь - отталкиваться от эстетики и поэтики Бродского изо всех сил, даже если сил очень мало. Этот путь приводит к парадоксальным результатам. Влияние отталкивания ощущается столь же сильно, как и влияние притяжения. Огибая пространство речи, отвоеванное Бродским, авторы создают некий вакуум, белое пятно или черную дыру.

Не быть как Бродский-4 [Mar. 19th, 2007|07:29 pm]
У Бродского есть еще как минимум три ипостаси, не имеющие никакого отношения к стихам. Собственно, у всех сколько-нибудь значимых поэтов есть несколько. Но лучше привести пример из иного жанра. Обратимся к музыке.
Тут ключевая фраза: Не кажется ли Вам, что всю органную музыку восемнадцатого века написал И.С.Бах?
Это если и шутка, то отчасти. Если вы наугад включили ТВ или зашли в дом, где играет компакт-диск и услышали величавые, гармоничные звуки органной фуги, вы автоматически выдыхаете: "Бах?" И часто бываете правы. Более чем часто.
Хотя можно и промахнуться. Был же, например, Дитрих Букстехуде. Или Иоганн Пахельбель. Да сколько их было, писавших органные произведения по всей раздробленной Германии... Собственно, дети Баха тоже писали музыку для органа.
Бах стал полномочным представителем поколения, даже двух поколений немецких композиторов. Современному слушателю (я говорю об обычном слушателе, а не о таком, который на вопрос, что такое три великих "Ш" немецкой музыки без запинки отвечает: Шютц, Шейн, Шейдт) достаточно одного И.С. Баха . А уж о советском композиторе со смешной фамилией Исбах слушатель и знать не хочет. Сам великий Бах к этому отношения не имеет.
То же самое случилось с Бродским. Для определенной группы читателей Бродский написал все неофициальные стихи второй половины двадцатого века. Кроме тех стихов, которые спели Высоцкий и Окуджава. При этом песня на стихи Бродского "Пилигриммы" в сознании многих отошла к Булату. Так естественней. Кому стихи, кому - песни. Высоцкий, тот вообще перекрыл своим талантом множество авторов своего времени. Читателю, слушателю не нужно слишком много авторов. В идеале хватит одного. По крайней мере - для американского англоязычного читателя. Этот, если верить профессору Гарвардского Университета Саквану Берковицу, будет удовлетворен "одним именем для одной страны".
Была в годы гражданской войны поговорка: Чай Высоцкого, сахар Бродского, Россия - Троцкого.
Теперь можно было бы сказать: песни Высоцкого, стихи Бродского, Россия - Путина. Не в рифму, зато - правда. (Чай Высоцкого не умер, его выпускают в Израиле. О сахаре Бродского не слыхать, с Россией Троцкого тоже все ясно).
Вот оно, триединство: персонификация, бренд, ярлык.
В Бродском нашли личностное воплощение определенные тенденции неофициальной, по преимуществу Питерской поэзии. Об этом говорил Е. Рейн на одном из дисков с записями авторского чтения Бродского. Голос Рейна звучал чуть обиженно. И, в целом, было на что обижаться. Как ни подчеркивал Бродский роль Рейна в становлении его, Иосифа, поэтики, а не смог вытащить учителя из-за своей спины. То же самое случилось и с другими... Кроме Бобышева, вероятно. И то - по причине непоэтической. Но биография поэта часто равна поэзии. О том уже говорили.
Бренд. Для многих читателей фамилия Бродского автоматически гарантирует высочайшее качество стихов. Как и в случае с Бахом, читатель, в целом, прав. Но не всегда. Хороший стишок, вероятно, Бродского сочинение.
Тут самое время упомянуть о культе великого поэта, который, как и всякий культ, крайне неприятен. Бойтесь пушкинистов! - предупреждали же нас. Но для многих людей достаточно, опять таки, ОДНОГО бренда. Вокруг Бродского, Цветаевой, Ахматовой часто создаются "кружки по интересам". Преданность и верность - вот что характеризует почитателей поэтов. Юношеские идеалы, если верить Э.Эриксону. И те, кто верен памяти поэта остаются юными, остаются в своем времени. Они в восьмидесятых. Они так хотят. И никто не вправе осуждать их за этот выбор.
Ярлык. Для тех, кто любит, Бродский почти античный бог. Для тех, кто ненавидит, имя Бродского тоже ярлык. Его наклеивают без разбора ко всем тем, кого не любят те, кто не любит Бродского.
Но это уже другая история...


Источник: http://borkhers.livejournal.com/







Русский дом - мероприятия: 1996 год: Вечер памяти И.Бродского. Библиотека Голицына откликнулась на смерть поэта организацией 28 февраля вечера, в котором приняли участие петербургские поэты и прозаики. Встреча с редколлегией журнала «Звезда», представившей тематический номер (№ 11 за 1996 г.), посвященный творчеству В.В.Набокова. Все публикуемые произведения предложены вниманию российских читателей впервые. Творчество писателя удачно дополнили публикации о нем современников и российских литературоведов и писателей. В завершении встречи было показано видео-интервью с сестрой писателя Е.В.Сикорской (урожд. Набоковой), взятое у нее корреспондентом «Радио Свободы» И.Н.Толстым в Швейцарии. 1997 год: Презентация редколлегией и авторами журнала «Звезда» специального номера (№ 1 за 1997 г.), посвященного творчеству И.Бродского и приуроченного к годовщине смерти поэта. И.Бродский неоднократно печатался на страницах «Звезды», был дружен с сотрудниками журнала. Публикуемые материалы представили читателям И.Бродского как эссеиста, философа, культуролога, литературоведа. Кроме работ самого поэта в номере были опубликованы отклики современников на его смерть. На вечере прозвучали стихи И.Бродского в исполнении автора (записи, любезно предоставленные З.Б.Томашевской); был показан видеофильм о поэте, снятый шведским литератором Б. нгфельдом и переданный для демонстрации Музеем А.Ахматовой. Встреча с крупнейшим литературоведом, переводчиком, профессором, блестящим педагогом, представителем третьей волны эмиграции Е.Г.Эткиндом. В 1974 г. «за антисоветскую деятельность» профессор Ленинградского педагогического института был лишен ученых степеней, профессорского звания, уволен из института, исключен из Союза писателей и был вынужден эмигрировать во Францию, где стал профессором Х Парижского университета. Встреча читателей Библиотеки Голицына с Е.Г.Эткиндом была посвящена творчеству русских писателей в эмиграции. Стенограмма вечера опубликована в журнале «Петербургская библиотечная школа» (№ 1 за 1999 г.). 1998 год: Встреча с А.Кторовой – русской писательницей с 50-х гг., живущей в США. Последняя книга А.Кторовой «Пращуры и правнуки» (М., 1998) рассказывает о встречах автора с эмигрантами первой волны: дочерью и внучкой Льва Толстого, дочерью Лили Ден (фрейлины и подруги последней российской императрицы), с племянником М.Кшесинской, дочерьми великого князя Константина Константиновича. Просмотр документального фильма «Русский дом» (реж. И.Виноградов) о судьбах представителей первой волны эмиграции. Фильм был снят в «Русском доме», организованном русскими эмигрантами для пожилых и одиноких сограждан в Сент-Женевьев де Буа и являющим собой прекрасный пример взаимопомощи и благотворительности россиян за рубежом. Источник: http://rusemigration.narod.ru/berega/01/b_page_12.htm


ИС: «Литературная газета»,
ДТ: 24 февраля 1999 года

Ради красного словца

Фильму «Избранник» предшествовал газетный шум. «Олеся Фокина в зоне Солженицына» волновался «Вечерний клуб», это — «Евангелье от Олеси» возгласила «Новая газета. А вот и сама Олеся Фокина, продюсер, дает интервью на радиостанции «Эхо Москвы» 9 декабря 1998 года.

-Что нового в вашем фильме, — спрашивают у нее.

«Он [Солженицын] не написал в «Невидимках», каков был конец Ирины Николаевны Медведевой-Томашевской, — она покончила с собой. Об этом писатель нигде никогда не говорит, это открытие сделано впервые на экране в этом фильме».

Одним словом, не то избранник, не то обманщик.

Я решила дождаться фильма.

Фильм, показанный по РТР 8 февраля, преподнес несколько сюрпризов. Один из них прямо касается меня. Мне высказана благодарность в титрах всех трех серий. На это сообщаю, что кроме одного разговора с продюсером фильма, в ходе которого я отказалась от участия в работе, я не имела отношения к каким-либо стадиям его подготовки. Поэтому теперь я твердо отклоняю эту честь.

Другой неожиданностью оказалось содержание интервью Зои Борисовны Томашевской.

Сперва Зоя Борисовна рассказала новеллу о знакомстве Ахматовой и Солженицына: Звонок в дверь. Обычно Анна Андреевна незнакомых людей на порог не пускала. Тут вдруг пустила. Пришел некто, даже шапки не снял. Чуть ли не в коридоре стал читать стихи — ужасные. Оказался — Солженицын. Сообщил ей, что уже есть сигнал «Одного дня...» в «Новом мире». Через неделю обещал рукопись принести, дать прочитать. Так они и познакомились.

Увлекательный рассказ, но только всё было совершенно не так, и со слов Ахматовой давно опубликовано по крайней мере у нескольких мемуаристов. Солженицынскую повесть Ахматова прочла еще до знакомства с автором и мнение свое о ней высказала: «Эту повесть обязан прочитать и выучить наизусть — каждый гражданин изо всех двухсот миллионов граждан Советского Союза» (так записано у Лидии Чуковской 19 сентября 1962 года). А через полтора месяца, 30 октября 1962 года, Чуковская встречается с Ахматовой у Марии Сергеевны Петровых. Анна Андреевна «сразу заговорила о Солженицыне, с которым познакомилась накануне (через Л.З.Копелева)».

То же и в воспоминаниях Л.З.Копелева и его жены Р.Д.Орловой: «Один день Ивана Денисовича» готовился к печати. Анна Андреевна прочитала рукопись. Всем друзьям и знакомым она повторяла: «Это должны прочесть двести миллионов человек». Встретились они с Ахматовой осенью того же года. Анна Андреевна рассказывала: — Вошел викинг. И что совсем неожиданно, и молод, и хорош собой. Поразительные глаза».

То есть на самом деле — сперва Ахматова прочла повесть, а потом познакомилась с Солженицыным. И не внезапным набегом незваного гостя, а — через общих друзей.

Сохранилась и запись самой Ахматовой:

«Вчера (28-ого) у меня (у Маруси в Москве) был Рязанский (рукопись рассказа ходила по рукам именно под этим псевдонимом. — Е.Ч.). Впечатление ясности, простоты, большого человеческого достоинства. С ним легко с первой минуты».

Как-то не совпадает этот облик с невежей, изображенным З.Б.Томашевской: вломился в чужой дом с улицы и даже шапку в помещении не снял.

Получается, что от всего рассказа З.Б.Томашевской о знакомстве Ахматовой и Солженицына не остается ни одного факта, который был бы изложен верно, а не перепутан, переставлен, искажен и потому опровергается всеми опубликованными свидетельствами тех, кто был тогда рядом с Ахматовой. Это важно заметить себе прежде, чем мы перейдем к главному сенсационному сообщению З.Б.Томашевской. Зоя Борисовна рассказывает нам, что ее мать — Ирина Николаевна Томашевская в октябре 1973 года покончила собой на своей даче в Гурзуфе.

Эта оглушительная новость объявлена многомиллионной аудитории впервые через четверть века после смерти Ирины Николаевны, объявлена дочерью, которая не появилась в доме матери во все два месяца ее последней тяжелой болезни — и до самой смерти.

По нынешнему рассказу Зои Борисовны Ирина Николаевна узнала о гибели своей студенческой подруги Елизаветы Денисовны Воронянской, которая повесилась после допросов в КГБ. Получив это известие, Ирина Николаевна два месяца ждала ареста, закопала под кактусом письма Солженицына, а потом, не выдержав ожидания, в страхе покончила собой. Через два года Зоя Борисовна разыскала и выкопала на участке часть ее архива.

— А как же книга «Стремя “Тихого Дона”», напечатанная в Париже? Откуда рукопись? — спрашивают ее.

— А это Солженицын послал Екатерину Васильевну Заболоцкую, она и привезла.

Хочу рассказать, что мне известно об этой новелле.

Ирина Николаевна Томашевская, многолетняя сотрудница Пушкинского Дома, автор нескольких книг, в том числе «Тавриды» — обладала необыкновенно твердым и решительным характером. Проблема авторства «Тихого Дона» заинтересовала еще её мужа Бориса Викторовича Томашевского, а в середине 60-х годов к этой проблеме ее вернула статья В.Моложавенко на эту тему. Вскоре она узнала, что в Ленинграде у М.А.Асеевой сохранился архив Ф.Д.Крюкова. В конце 60-х годов И.Н.Томашевская начала свое исследование по «отслоению подлинного текста» «Тихого Дона».

А.Солженицын всегда живо интересовался этим ее замыслом, их связывала дружба и взаимное уважение. Однако Ирина Николаевна никогда не была его помощницей, не занималась судьбами его произведений, напротив — он всегда помогал ей в ее работе, доставая для нее книги и архивные материалы.

В августе 1973 года И.Н.Томашевской исполнилось 70 лет. На юбилей съехались в Гурзуф ее дети и внуки.

Дальше начинается странное. В конце августа у Ирины Николаевны случился инфаркт (поразительно, что Зоя Борисовна об этом в телерассказе вообще не упоминает!). Несмотря на это все родные уехали, и она, тяжело больная, осталась в гурзуфском доме совершенно одна.

Известие о ее болезни пришло ко мне (я знала Ирину Николаевну с детства, она дружила еще с моим отцом) одновременно с вестью о самоубийстве Воронянской. По несчастному стечению обстоятельств я тоже в это время была тяжело больна после автокатастрофы. Однако я рассказала о болезни Ирины Николаевны — Николаю Веньяминовичу Каверину. От него это известие дошло до Екатерины Васильевны Заболоцкой (он женат на дочери Заболоцких — Наталье).

Заболоцких и Томашевских связывала многолетняя дружба. После возвращения из лагеря Заболоцкий жил в Гурзуфе, писал там стихи, гостил с семьей в доме Томашевских. В тот же день, что пришла тревожная весть о тяжелой болезни Ирины Николаевны, 1-го или 2-го сентября вечером, Екатерина Васильевна Заболоцкая, человек поразительного благородства и спокойного некрикливого мужества, бросив в Москве детей, внуков и все свои дела вылетела в Крым. Надо сказать, что с Солженицыным она не была знакома, и по одной этой причине, не говоря уже о ее возрасте и положении, он не мог бы ее туда «послать», как утверждает теперь Зоя Борисовна.

Екатерина Васильевна провела у постели больной Ирины Николаевны чуть больше месяца. Когда она уезжала из Москвы, считалось, что ее вскоре сменит кто-нибудь из близких. Но никто так и не приехал.

Когда Екатерина Васильевна в начале октября возвращалась в Москву, Ирина Николаевна отослала с ней все книги ( первые издания «Тихого Дона»), материалы, главы из «Стремени...» и письма к друзьям. Отрывок из ее последнего письма, написанного за три недели до смерти, Солженицын привел в своем вступлении к публикации «Стремени...».

«Верю, что к весне завершу задуманное, — писала Ирина Николаевна в октябре 1973 года, — и, как никогда раньше, понимаю важность именно этой первой части моей работы. Дело ведь не в разоблачении одной личности и даже не в справедливом увенчании другой, а в раскрытии исторической правды, представленной поистине великим документом, каким является изучаемое сочинение. Это дело я уже не могу не довести до конца. Верю, что доведу». И дальше: «Вдруг мой век продлится, и эта книга окажется написанной?»

И еще одно письмо, привезенное Екатериной Васильевной:

«Что касается меня, — писала мне Ирина Николаевна, — то выяснилась полная никчемность стенок, клапанов и прочих деталей моего сердца, так что я вроде совсем уж бессердечна и всячески демонстрирую эти качества своей Карделии, уже месяц меня пестующей. 5-го она (т.е. Е[катерине] В[асильевна]), отбывает. Ей пора. И нечего меня баловать: и одна управлюсь, хотя пока еще едва пошевеливаюсь. Живется мне хорошо: синицы прилетели, дятел постукивает, пьяницы гурзуфские не оставляют своими милостями (а без них ведь совсем пропадешь, и гроба сколотить будет некому. Я, впрочем, о нем и не думаю, а так, по склонности к толковому хозяйству, расспрашиваю о сухой щепочке)».

Звучит в этих письмах и тревога, что болезнь не даст закончить, исполнить задуманное. Но при этом общая интонация: воля и надежда — успеть и завершить.

Через три недели после отъезда Екатерины Васильевны, 26 октября 1973 года, Ирина Николаевна скончалась в своем одиноком доме. Никто из родных и близких при ее кончине не присутствовал, все съехались уже только на похороны.

В 1973 году, после похорон И.Н.Томашевской я не слышала ни от Екатерины Васильевны, ни от Зои Борисовны, ни от общих друзей, никаких разговоров и догадок о самоубийстве. Непонятно, как мог бы Солженицын в Вермонте написать о самоубийстве И.Н.Томашевской, если после её кончины такие предположения никто не выдвигал и не обсуждал.

«Обстоятельства смерти Ирины Николаевны остались загадочны для нас», — пишет он в «Телёнке». «Загадочны» — поскольку никого из близких не было при этом.

З.Б.Томашевская в своем послесловии к публикации «Стремени...» в России (1991) и в своих воспоминаниях, опубликованных в 1994 году, писала о смерти матери почти теми же словами: «Обстоятельства смерти Ирины Николаевны не очень ясны» («Звезда», 1994, № 6, с. 81).

Получается, что и в 1991 и в 1994 году Зоя Борисовна в своих интересных и содержательных воспоминаниях о событиях осени 1973 года не утверждала, что ее мать покончила собой. А теперь наконец пришло время — вдруг сообщила убежденно и уверенно. Что же произошло за это время такого, что позволило ей это сделать? Поскольку в этой истории высказано много догадок, я тоже позволю себе одну: за это время скончалась Екатерина Васильевна Заболоцкая, — одна из последних свидетельниц последней болезни Ирины Николаевны.

Когда человек умирает при таких обстоятельствах, как И.Н.Томашевская — в полном одиночестве — очень трудно выяснять что бы то ни было четверть века спустя.

В своей статье, опубликованной в «Звезде», З.Б.Томашевская упоминает о «прощальных письмах», лежавших на столе в кабинете умершей. Кому они были адресованы? И что в них написано? Может быть разгадка случившегося как раз там и заключена?

Но тогда об этом пора уже рассказать просто и строго — безо всяких «новелл». Ирина Николаевна Томашевская, ее жизнь, ее труд и ее смерть заслуживают правдивой памяти.

Елена Чуковская


Источник: http://www.chukfamily.ru/Elena/Articles/Slovo.htm


АВТОРСКОЕ ПРАВО В ИНТЕРНЕТЕ

Игорь Олейник:
Добрый день, коллеги. Думаю, что нам стоит начать разговор, если не с душераздирающего описания состояния с авторскими правами в Интернете, то с какой-то попытки классификации мотивов и причин нарушения авторских прав. Ибо не повлияв на причину (или хотя бы не сформулировав причину) не стоит рассчитывать на изменения последствий.

В качестве первой (и, видимо, наиболее распространенной) причины я назвал бы стремление быстро увеличить посещаемость своего сайта c собственным контентом за счет интересного содержания с других ресурсов интернета. Кстати, само по себе это стремление вполне понятное и вовсе не обязательно во всех случаях ведет к нарушением авторских прав. Осознание владельцем или администратором сайта этой границы - и есть часть культуры уважения авторских прав.

Второй случай из числа распространенных относится к сайтам, на которых заимствованный контент составляет подавляющее большинство содержания. - их смело можно назвать "пиратскими". К категории откровенно пиратских сайтов относятся, на мой взгляд, сайты рефератов.

Виктор Слётов [18.02.2007]
Если начать с самого начала, то: "Авторское право на произведение науки, литературы и искусства возникает в силу факта его создания. Для возникновения и осуществления авторского права не требуется регистрации произведения, иного специального оформления произведения или соблюдения каких-либо формальностей" - из Закона Российской Федерации от 09.07.93г. №5351-1 "Об авторском праве и смежных правах"

Виктор Долгов [18.02.2007]
Игорь, я, быть может, начал бы издалека. А в какой момент возникает авторское право в Интернете? Вот например, на моей странице что-то написано, стал я от этого правообладателем? Я, возможно, тут самый дремучий, только вот по известному Вам закону "Таких дремучих, как я...". Было бы правильно, если бы кто-то квалифицированно привел примеры того, как именно, на каком шаге, на каком этапе нарушаются авторские права. Мы заходим на разные сайты, читаем тексты, копируем фотографии в собственные компьютеры... Мы уже преступники?

Виктор Слётов [18.02.2007]
Более детально и в подробностях с вопросом можно ознакомиться на: http://www.hiero.ru/article.php?id=author_law

Аркадий Голод [19.02.2007]
Представляется мне, что Интернет, как глобальная информационная система, представляет собой некую принципиально новую и юридически девственную сущность. А раз уж я упомянул сексологическую категорию, то продолжу аналогией из этой сферы. Есть половой акт по взаимному согласию и к взаимному удовольствию. Есть изнасилование: один словил кайф, а другому/другой причинен ущерб. Но есть и петтинг, при котором и все цело, и взаимного удовольствия предостаточно. Есть и вуайеризм: один наслаждается, а другой/ая об этом даже не подозревает. Вернемся в Интернет. Если владельцем информации приняты меры для ее защиты, но защита взломана - имеет место хищение, со всеми вытекающими. Информация защищена, но при определенных условиях доступна, заплати или выполни другие требования автора, и кайфуют оба. И информация выложена и пользование ею никак не лимитировано автором иначально. Как в одном фильме: "Была бы осторожна - не была бы матерью". Информация защищена, но имеется возможность с ней некоторым образом ознакомиться: превьюшка фото,фрагмент мелодии, какие-то технические данные. Пользователю этого хватило, чтоб допетрить до остального и использовать - честь ему и никаких претензий. Нефига перед окошком заголяться. Не думаю, что у садовника были претензии к Ньютону. То-есть, мы опять приходим к уже упомянутому разными словами положению: то, что не обозначено, как частная собственность, может быть использовано невозбранно. Обозначил хоть как-то: "МОЁ!" - тогда предъявляй претензии. Не обозначил - утрись. Често говоря, меня эти вещи забавляют. Несколько раз было: получаю мэйл, в котором сказано, что некий журнал, какой-нибудь "КАЗАНЬСТАР ИНДЕПЕНДЕНТ" опубликовал Вашу фоту такую-то. Можете их привлечь за нарушение авторских прав. Да люди работу адову проделали - превратили стокиловую картинку в нечто пригодное к публикации - я их благодарить должен! А мэйл - из адвокатской конторы :-)))!

Мне припомнился старинный еврейский обычай. Когда человеку очень плохо: болезнь, несчастья - хоть в петлю, он разбрасывает деньги в людных местах, причем так, чтоб это было незаметно. Деньги подберут, кому-то от этого станет лучше. Кто помог материально - неведомо, но Господь-то все видит! Представьте себе, что нашелся свехрчестный и дотошный, который ищет и находит владельца "потерянных" финансов. И возвращает, чтоб ему пусто было! Вывод: ничье - моё! И не замай!

Игорь Олейник [19.02.2007]
Один мой коллега в таких случаях говорит: "Если у тебя что-то украли - ты сам виноват в том. что своей неосмотрительностью ввел вора в искушение". Допустим, что автор выложил на свой сайт какой-то авторский материал и не предупредил сразу, что это его авторская собственность - тогда получается, что его претензии к заимствователям не правомочны? А если он поставил предупреждение позже того, как произошло заимствование и выставляет претензию "задним числом", не зная когда именно это заимствование произошло? В этом случае его требования правомочны или нет - ведь обвиняемый к несанкционированном заимствовании не может каждый день наведываться на сайт-исходник и сомтреть, не появилось ли там предупреждение автора?

И еще один вопрос автоматически возникает. Если автор на своем сайте пишет. что запрещает использование материала без своего согласия, но при этом не оставляет никаких координат для связи - как быть тому, кто хочет получить согласие автора. Или если материал (к примеру, фотография картины) находится не авторском сайте художника. а в какой-то галерее (и при этом админ галерен не передает авторам адресованные конкртно им запросы о разрешении на размещение; конкретно у меня такая ситуация возникла на сайте artnow.ru). Ну не обозначены или заблокированы возможности передачи запроса автору - и что делать, чтобы выглядеть законопослушным? А какой подход должен быть, если у автора нет своего персонального сайта а его работа размещена (присчем, непонятно с его согласия или нет) на кком-то другом сайте, где нет предупреждения о правах автора, а упоминается только его фамилия? Заимстваование материала с этого сайта правомочно или это что-то вроде "перепродажи краденного" по незнанию? Я хотел бы чтобы в результате нашего обсуждения был сформулирован алгоритм действий (или отказа от действий) для добросовестных заимстователей (точнее тех, что стремиться быть добросовестным заимстователем). что и в какой последовательности нужно делать, чтобы сохранить репутацию? Только не говорите мне, что лучший способ сохранения репутации - это вообще ничего не делать

Виктор Долгов [19.02.2007]
Просмотр ссылок, которые тут приводились, убедил меня в том, что проблема имеет системный характер. Действительно, нарушить авторские права легко. Для этого можно и не выходить из дому. Напротив,фиксация авторских прав связана с определенными хлопотами, результатом которых, в идеале, должна быть бумажка, полученная в Агенстве по авторским правам. Проблема, на мой взгляд, не будет решена до тех пор, пока процедура фиксации авторских прав не упростится до предела. В идеале, надо иметь возможность зафиксировать свои авторские права не выходя из дома. Как это сделать?

Один из методов - создание электронных аналогов Агенства по авторским правам, которые принимают на хранение информацию от идентифицированных пользователей, фиксируя лишь дату поступления этой информации. При определенном законодательном оформлении, такие агенства могли бы выступать независимым свидетелем в судебном производстве. Передать информацию на хранение в такой "банк" можно не отходя от компьютера. Такие Электронные агенства могут (и должны)быть и платными, но, при большом количестве желающих зафиксировать свои авторские права, эта плата не будет катастрофически высокой. Я еще подумаю над этим, а пока закругляюсь, чтобы не засорять пространство.) Сейчас в России какая стандартная ситуация - у полунищего автора несанкционированно позаимствован информационный продукт каким-нибудь студентом еле сводящим концы с концами... И какие здесь могут быть реальные перспективы, кроме геморроя для всех сторон?

Виктор Слётов [20.02.2007]
Психология поведения человека в интернете вряд ли принципиально чем отличается от таковой в реале. Если дверь в дом оставляется незапертой и нараспашку, то это, конечно, не может не провоцировать прохожих заглянуть внутрь и взять да и унести что либо понравившееся.) В практической же плоскости аспектов в обсуждаемом вопросе ровно два: 1. - На каких условиях размещаются на сайте авторские работы и тексты участников? Может быть, Игорь, имеет смысл обозначить их в явной форме? Тогда, как мне кажется, за образец можно взять как это сделано на Hiero.ru 2. - Корректность в размещении файлов со стороны, от этого в немалой степени будет зависеть репутация проекта.

Здесь тоже в принципе все несложно, Америки открывать не надо. Установившаяся практика требует указания авторства и активной ссылки на источник. Простановку такой ссылки можно технически максимально упростить, сделав соотв. HTML-форму. При соблюдении этих условий даже использование материала (исключая коммерческие цели) без получения согласия автора не есть большой криминал, т.к. соблюдены его "право на имя" и корректность цитирования(добросовестно ссылаясь на источник мы всего лишь цитируем, не нарушая при этом исходной лицензии, но адресуя к ней по ссылке). Да, и есть еще материалы, находящиеся в статусе "общественное достояние". Их множество, стоит только поискать. Их можно использовать свободно. Кстати, есть еще один принеприятнейший аспект несанкционированного заимствования, относящийся гл. образом к текстовым материалам.

Несанкционированное заимствование отнюдь не всегда имеет форму копирования. Приходится сталкиваться еще и с тем, что заимствованный кем-то текст размещается в другом месте в искажённом виде. Это могут быть произвольные сокращения, искажения, замена авторских комментариев, сносок, ссылок и пр. на что-то другое. Иногда сие искажает смысл написанного или делает его в какой-то мере бессмысленным до абсурдного. Оно понятно, ибо не всякий "заимствователь" компетентен в содержании того, что взял. Тем самым автор при сохранении указания на него под искаженным или испохабленным текстом оказывается в той или иной мере "скомпрометированным". В подобных случаях только предложение сравнить с "подлинником", находящимся под авторским копирйтом вида: Copyright ©Иванов, 2001 дает возможность Иванову доказать своим читателям или коллегам, что он "не верблюд" и им в 2001г. было опубликовано вовсе не то, что в 2007 преподнёс под его именем Петров. Аналогичная история и с подписями к бинарным файлам, да и сам файл может быть подвергнут вандализму. Но надо отметить, что то, что находится под знаком © подвергается вандализму всё-таки не столь часто, по понятным причинам воры ищут именно "то, что плохо лежит".

Аркадий Голод [20.02.2007]
Виктор, с Вами можно согласиться полностью, но французы говорят, что в одно "НО" можно загнать весь Париж. Все мы здесь (кроме меня) кристально честные и порядочные. НО вот хоть тресни, а нет нужного материала в статусе "общественное достояние". Или нет времени искать: Гарычо, панимаиш?! А перед носом нужная картина, схема, текст... Print scrin - и готово! И ВАШЕ дело пошло. Неужели кого-то в такой ситуации удержат высокоморальные рассуждения? Не очень мне верится в такую толстовщину, что кругом сплошные отцы Сергии, которые вместо того, чтоб насладиться любовью, отхреначат себе палец. Сам автор этого психа был весьма и весьма далек от созданого им образа. Да и пальцев надолго не хватит. НО, далеко не всем нравится чувствовать себя вором. Даже "спортивным" вором (Дмитрий Казаков [19.02.2007]).

Вот случай из жизни моего доброго знакомого, умницы, отсидевшего диссидента. Он проходил психотест при устройстве на солидную должность в более, чем солидную фирму. Вопрос. "По конвейеру мимо Вас плывут деньги. Много денег. За Вами никто особо не следит, за деньгами тоже. Ваши действия." Знакомый ответил: Наберу себе побольше. Потом он как-то увидел свое "личное дело". В соответствующей графе стояло: ИСКЛЮЧИТЕЛЬНАЯ ЧЕСТНОСТЬ И ПОРЯДОЧНОСТЬ. Клянусь, чем хотите, это самая точная характеристика этого человека! К чему я привел этот парадоксальный случай. К тому, что никакими увещеваниями, заклинаниями и паролями положение не исправить. Этика взаимоотношений внутри информационного общества должна стать ДРУГОЙ. Измениться принципиально. И измЕнится! Этот процесс уже идет, общество уже беременно новыми отношениями, и они обязательно родятся. Отношение к нормальной беременности ведь тоже разное. Кому-то тошнит от уродливой фигуры, а кто-то с восторгом ждет нового человека.

Вы можете себе представить сайт "домушников-медвежатников", где бы они спокойно и по-делу обсуждали приемы воровства? И сбыта краденого. И открыто предлагали друг другу фомки-отмычки или схемы отключения автомобильной сигнализации? А вот я сайты хакеров попробовал поискать. Да на одном Мэйл.ру их не меньше десятка. Нет такой платной штуковины, к которой не нашлось бы бесплатного "лекарства". Это раз. Теперь ДВА. Вас не спрашиваю, дабы не смущать. Но если бы (ктати, почему "бы"?) мне предложили заведомо краденую вещь? Я хоть и флегматик, но сто тридцать кил живого веса опасно для предлагальщика. А вот когда я поплакался приятелю, что мне позарез нужна программка, а купить её можно только оплатой через интернет, а я боюсь давать в сеть свой "Исракарт", то услышал: "Ты охренел? Ща я тебе её задаром скину". Очень ему благодарен. И Вы и я, и он, она, они знаем множество таких случаев. Это становится нормой. Моральные нормы различны в разных обществах и изменяются во времени. И то, что в виде единичного явления выглядит девиацией и уродством, приобретая массовый характер, становится правилом и нормой. Первого джентльмена в цилиндре забросали камнями. Через некоторое время появиться в обществе без цилиндра - фи, сударь! Когда у меня в школе сперли сочинение, а потом по нему разные оглоеды наполучали "пятерок"... одного побил. Встречаю сейчас свои фотки в разных местах без подписи и в виде картинок для телефона - ей-богу, приятно! Хоть ни копейки-цента-агоры с этого не имею.

Правовые нормы суть продолжение этических, зафиксированное виде законов. Кто-то сказал, что политика - это искусство возможного. Поскольку не видно возможности остановить или направить в "правильную" (это на наш взгляд - правильную) сторону процесс обесценивания авторских прав в привычном нам понимании, о проведении какой-то конкретной "разумной политики" говорить не приходится. Остается следить за направлением этих изменений и строить свое поведение в соответствии с этическим (а потом и юридическим) статусом в данной сфере. Куда приведет эта эволющия - не знаю, я Вам не Дарвин. Но придется соответствовать сложившимся на данный момент кондициям. В противном случае нам будет так-же неудобно, как человеку в смокинге на пляже, или голому на великосветском коктейле.

Я материалист до последнего потроха, но знаю - есть у поэтов дар пророчества: "Мир рвался в опытах Кюри атомной лопнувшею бомбой на электронные струи невоплощенной гекатомбой..." Какие звуки, а! Снова Брюсов... До самой идеи цепной реакции еще были десятилетия! Да, я не вижу толп людей, отвернувшихся... Таким людям толпизм не присущ. А вот то самое стремление к наживе - auri sacra fames - и есть двигатель прогресса. Вы не щеголяли бы в джинсах и не летали в аэропланах, если бы португальцы и испанцы не охренели от желания нажиться на индийских пряностях. Насколько я помню "Биологию" Вилли, изданную в тех же краях, эволюция идет тремя путями: ароморфоз(усложнение и возвышение), идиоадаптация ("горизонтальный" путь) и общая дегенерация (нисхождение). Но на всх трех путях биота решает свою главную задачу - выживание в изменившейся среде. Авторы - они тоже живые твари. Тем или иным путем выживут, нас без благодати своей не оставят. А чтоб вы не сомневались: "Присс: "Наша земля приходит в упадок, безнравственность и коррупция процветают, Дети перестали слушаться своих родителей, каждый хочет написать книгу. И конец света уже близок." Папирус Присса датирован 3350 годом до н. э."

Можно исходить из положения о существовании добросовестного потребителя информационной продукции идентичного потребителю материальных благ. Позвольте считать это положение ошибочным в силу принципиального различия предметов потребления. Если автор штанов выставил их на продажу в интернет-магазине, то он может дать сколь угодно подробное их описание, приложив высокохудожественное фото. Потребителю нужны ШТАНЫ, и он ими воспользуется, не иначе, как заплатив автору. Еще потребитель - еще экземпляр штанов - еще деньги. Все довольны.

Возьмем информационный продукт. Программу, скажем. В том же интернет-магазине (да просто в магазине) добросовестный потребитель купил программу. Автор получил деньги. Еще экземпляр программы - еще деньги. Очень может быть. Не более того. Даже если автор продает вполне материальный диск с абсолютно непробивемой защитой (что само по себе нонсенс, но допустим), то что мешает потребителю задействовать программу в локальной сети или просто в компьютере с возможностью внешнего доступа? В одни штаны вся семья не влезет, а в одну программу целое КБ влезет с полнейшим комфортом и удовольствием. И совесть потребителя чиста, и автор в убытке. Далее. В данном КБ есть головастик, который (вернемся на грешную землю) взломал программу без ведома нашего Добросовестного, и, движимый своими представлениями о Добре, Зле и прочем, запустил во Всемирную уже сеть бездонную консервную банку со снятой крышкой: "Лопайте господа, за все уплочено!" И много еще экземпляров продаст Автор?

Поэтому паки и паки глаголю: неизбежен качественный (не в смысле - хороший, а в философском) переход во всей системе отношений Автор - Потребитель, начиная от этической до финансово-юридической. В противном случае - коллапс всей системы, чрезвычайно, жизненно выгодной человечеству. Именно поэтому колласа не будет - будет нечто новое. Этика пластична и изменчива. Выгнать человека голышом на улицу - смертельно его опозорить, не так-ли? Между тем, являться нагими народу было почетной привилегией высшей аристократии в древней Спарте.
Источник: http://www.lebed.com/2007/art4944.htm

НА ВОЗДУШНЫХ ПУТЯХ.
Цветаева и Бродский: встреча из невстреч.

Марина ЦВЕТАЕВА

... мы с Вами не будем жить, мы будем ходить. Уходить с утра и возвращаться вечером — обратно.

Мы все время будем отсутствовать. Нас нигде не будет, мы будем ВЕЗДЕ.

(Из письма Марины ЦВЕТАЕВОЙ)


«Послушайте, еще меня любите...», – написала Марина Цветаева в одном из своих самых известных стихотворений.

Уж сколько их упало в эту бездну,
Разверзтую вдали!
Настанет день, когда и я исчезну
С поверхности земли.

Застынет все, что пело и боролось,
Сияло и рвалось.
И зелень глаз моих, и нежный голос,
И золото волос.

Тогда, в двадцать лет она бережно сложила свой портрет из черт, достойных восхищения и любви, – она как бы смотрела на себя со стороны и, кажется, собой любовалась. И вправду была умна, талантлива, светла и хороша собой. Но тема юности и красоты у Цветаевой, даже если речь идет о ней самой, неразрывно связана с трагедией. Таковы начало и конец стихотворения, а в финале строки: «Послушайте, еще меня любите за то, что я умру». Видно, она и сама потрясена этой ужасной мыслью, но еще нелепей ей представляется открывшаяся истина о том, что она, так во всем непохожая на других, когда-нибудь, как все, умрет.

Стихи эти простые, трогательные, очень девические и немного капризные. Возможно поэтому, несмотря на трагичность установки, их знают и даже с легкой руки бесстрашной Пугачевой поют. В них о будущей Марине Цветаевой - поэте-пророке – по-настоящему заявляет, пожалуй, только последняя строфа. Интересно, что стихотворение построено так, как традиционно формируется предложение на русском языке – самое важное в нем располагают в конце и таким образом акцентируют. И все же, это прежде всего стихи о любви.

Но к кому обращалась Марина Ивановна с просьбой ее любить?

К современникам? Но для них вовсе и не нужно было так подробно себя описывать – они, семья, друзья - видели и знали живую молодую Марину и уже ее любили. А тут так странно сказано: «К вам обращаюсь с требованьем веры и с просьбой о любви?» Чтобы Цветаева да просила, даже требовала любви и веры - такого случая не описал ни один из ее биографов. Наоборот, все рассказывают о ее необъяснимой тяге к разрывам и прежде всего с теми, к кому ею же были написаны десятки страстных писем. В них она пробовала объяснить друзьям и возлюбленным невозможность для нее общего быта с любимым человеком: «Как жить с душой в квартире?». Любовь, освобожденная от совместного проживания, осталась в ее переписке, в чудесных диалогах с Пастернаком, Рильке, Гронским. Случилась действительно знаменитая «небесная арка», с обеих сторон которой были отосланы сотни писем с гениальными стихами и словами нежности. Конверты с уникальной эпистолярной прозой мчались навстречу друг другу. Эта воздушная переписка, в центре которой была Марина Цветаева, навсегда осталась важным событием в истории русской культуры и, без преувеличения, уникальным в истории человеческих отношений.

А от семьи, родных, живших с нею под одной крышей, за которых жизнь бы отдала (и отдала!), от близких-ближайших она всегда стремилась «прочь».

В огромном городе моем - ночь.
Из дома сонного иду – прочь.
И люди думают: жена, дочь, -
А я запомнила одно: ночь.

«Прочь» - в ее письмах и стихах частое слово. Прочь – это не из одного дома в другой, это освобождение «от дневных уз», обязанностей и обязательств перед семьей, которой она преданно служила днем, - свобода, какая бывает только ночью.

Что-то похожее описал Булгаков в ночном полете Маргариты.

В одном из писем к подруге Цветаева жалуется, что ей не нравится дом, который снимала тогда ее семья, потому что хозяйка обязательно на ночь запирает дверь. Марине Ивановне это было невыносимо, хотя вряд ли она в действительности ночью выходила из дома.Здесь другое: запертая дверь как жесткий сигнал несвободы.

Но к кому же она тогда обращалась с просьбой о любви в юных своих стихах? Даже в 20 лет ее слова были адресованы не тем, кто был рядом, и не тем, кто жил с нею в одно время на расстоянии пути письма. «К вам обращаюсь...» - за формой «вы» нет и намека на какое-то имя, или множество. Возможно, это обращение к кому-то неизвестному, предполагаемому, предчувствуемому собеседнику. Такая мысль много раз возникает в ее ранних стихах:

Идешь, на меня похожий,
Глаза устремляя вниз.
Я их опускала – тоже!
Прохожий, остановись!

Прочти – слепоты куриной
И маков набрав букет,
Что звали меня Мариной
И сколько мне было лет.

Не думай, что здесь – могила,
Что я появлюсь, грозя...
Я слишком сама любила
Смеяться, когда нельзя!

И кровь приливала к коже,
И кудри мои вились...
Я тоже была, прохожий!
Прохожий, остановись!

Сорви себе стебель дикий
И ягоду ему вслед, –
Кладбищенской земляники
Крупнее и слаще нет.

Но только не стой угрюмо,
Главу опустив на грудь.
Легко обо мне подумай,
Легко обо мне забудь.

Как луч тебя освещает!
Ты весь в золотой пыли...
– И пусть тебя не смущает
Мой голос из-под земли.

3 мая 1913

Кто мог оказаться тем прохожим из будущего? Только поэт, потому что он, по словам Цветаевой, похож на нее. Ему нельзя отослать письмо уже сейчас, как Пастернаку или Рильке. И Цветаева пишет эти стихи, словно отправляет письмо со своим портретом, «с требованьем веры и с просьбой о любви» - письмо Поэту грядущего времени. Иосиф БРОДСКИЙ

20 лет прошло после смерти Марины Цветаевой, когда Анна Ахматова впервые увидела Иосифа Бродского. У нее тогда появились четверо молодых друзей-литераторов, которые потом, словно евангелисты о Христе, описывали свои встречи с Анной Андреевной. Из всех Ахматова безоошибочно выделила Иосифа Бродского, поэта, отмеченного Богом. Бродский любил ее и, возможно, у него все сложилась бы иначе, не случись встречи с Ахматовой. Но это другая тема.

Еще через 20 лет Бродский в своей Нобелевской лекции сказал, что здесь должны были бы вручать премию не ему, а четырем другим великим поэтам и назвал Ахматову, Пастернака, Мандельштама и Цветаеву. Ему необходимо было тогда произнести с мировой трибуны и во всеуслышанье имена этих русских поэтов – гениев и мучеников. Из тех четверых по духу Марина Цветаева была Бродскому ближе всех. Он почему-то никогда не говорил о стихах Ахматовой, редко и только в ответах на вопросы высказывался о Мандельштаме. О Марине Цветаевой Бродский говорил и писал много, посвятил ей несколько больших эссе. Есть целая книга «Бродский о Цветаевой». О ней и ее стихах он много размышлял, постоянно вслушивался в ее мысль, в ее звук. Он назвал Цветаеву самым крупным поэтом XX столетия. «Я попробовала уточнить, - пишет известный биограф Цветаевой Ирма Кудрова:

- Среди русских поэтов? Он повторил, раздражаясь:

- Среди поэтов XX века.

Его раздражительность была малоприятна, но мне очень уж хотелось знать его мнение без путаниц и недомолвок, и я продолжала уточнять:

- А Рильке?

И еще назвала чье-то имя, сейчас уже не помню - чье. Бродский повторил, сердясь все более:

- Крупнее Цветаевой в нашем столетии нет поэта».

Так случилось, что Цветаева и Бродский жили одновременно на свете только один год: Бродский родился в 1940-ом, а в 41-ом умерла Марина Цветаева. Расстояние между ними казалось вечным, а встреча еще бесперспективнее, чем в ее стихах Пастернаку:

Расстояние: версты, мили...
Нас расставили, рассадили,
Чтобы тихо себя вели,
По двум разным концам земли.
Расстояние: версты, дали…
Нас расклеили, распаяли,
В две руки развели, распяв,
И не знали, что это сплав
Вдохновений и сухожилий...
Не рассорили – раз-сорили,
Расслоили...
Стена, да ров.
Расселили нас, как орлов –
Заговорщиков: версты, дали...
Не расстроили – растеряли.
По трущобам земных широт
Рассовали нас, как сирот.
Который уж, ну который – март?!
Разбили нас, как колоду карт!

И все же поэт Иосиф Бродский осуществил встречу с Мариной Цветаевой, встречу, казалось бы, немыслимую. Бродский, он ведь тот, на нее «похожий», во всем, что писал и говорил о ней и ее стихах, практически беседовал с Цветаевой. «Когда умрем, будем говорить молча», - написала когда-то Цветаева. Так что, может быть, длится этот разговор поэтов и сейчас, только неслышный уже.


Эмилия ОБУХОВА,
Ванкувер, Канада
для “Русской Америки, NY”


В начало

    Ранее          

Далее







Карта сайта: 1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15.

Почта